Тревожные прогнозы на текущий год, которые звучали на мировом угольном рынке в декабре 2025-го, к счастью, не оправдались. И благодарить за это шахтеры должны президента США Дональда Трампа, решившегося на эскалацию напряженности на Ближнем Востоке. Неудачная попытка Вашингтона установить полный контроль над Ормузским проливом, парализовавшая поставки нефти и газа, а также аномальная жара в Европе поддержали котировки российского угля на мировых биржах. Благоприятная ценовая ситуация сложилась в первом полугодии и на внутреннем рынке. В результате российские шахтеры встречают с отличным настроением свой профессиональный праздник, который в этом году отмечается 30 августа.
На Бородинском разрезе завершилась масштабная модернизация одной из самых производительных машин — ЭРП-2500. Фото: пресс-служба СУЭК
«Рост цен на газ, удорожание морской логистики и риски перебоев с поставками энергоресурсов повысили конкурентоспособность угольной генерации», — сообщил «МК» директор группы корпоративных рейтингов агентства НКР Нариман Тайкетаев. Дополнительную поддержку рынку, по его мнению, оказало сокращение предложения: после аварии на шахте в Китае в мае и последовавших проверок соблюдения требований промышленной безопасности внутренняя добыча угля в КНР временно снизилась.
«Помимо ближневосточной эскалации мировые цены в первом полугодии также поддержали аномальная жара в Европе и перебои поставок из Колумбии и ЮАР», — добавил аналитик ФГ «Финам» Егор Вершинин.
По данным Всемирного банка, после обострения ситуации на Ближнем Востоке в марте австралийский энергетический уголь подорожал всего за месяц примерно на 20%, а в начале июня цена доходила до $150 за тонну. «Это напрямую связано с замещением дорогого и дефицитного газа углем в электроэнергетике Азии и Европы», — отметил аналитик Freedom Global Владимир Чернов. Из-за подскочившего спроса дисконт на российский уголь, который зависит от качества и направления поставки, начал резко сокращаться по отношению к мировым бенчмаркам.
Благоприятные тренды на внешних рынках заставили российское правительство внести коррективы в механизмы поддержки отрасли. Так, в начале этого лета власти посчитали нецелесообразным дополнительно стимулировать экспортные перевозки (компенсация угольным предприятиям в размере 12,8% от величины железнодорожного тарифа. — «МК») в северо-западном и южном направлениях. По мнению чиновников, резерв пропускной способности железной дороги на южном направлении практически отсутствовал из-за необходимости обеспечения перевозки спецгрузов и пассажиров. А спрос на северо-западное направление упал из-за введенных ЕС и Великобританией санкций в отношении российского угля.
Поэтому вместо дальнейшего расширения тарифных субсидий российские власти применяли адресные инструменты финансового оздоровления, в том числе рассрочку погашения ранее отсроченных платежей по НДПИ и страховым взносам. Эти меры позволили поддержать ключевые отраслевые показатели. В первом полугодии 2026 года экспорт угля составил около 105–107 млн т, а добыча угля в стране, по данным Росстата, — 212 млн т.
Основными факторами давления на финансовые результаты российских угольных компаний, по мнению экспертов, остаются низкая экспортная маржинальность и дорогая логистика.
«Даже при улучшении внешней ценовой конъюнктуры рост экспортной выручки ограничивается высокой стоимостью логистики, ограниченной пропускной способностью железнодорожной инфраструктуры восточного направления, повышенными рисками отгрузок через южные направления и динамикой курса рубля. Несмотря на начавшееся снижение ключевой ставки Банка России, ее уровень остается высоким и продолжает сдерживать финансовые результаты компаний с существенной долговой нагрузкой», — отметил Тайкетаев.
По мнению Егора Вершинина, на внутреннем рынке отрасль переходит от антикризисной поддержки к сокращению неэффективных мощностей. Новых отсрочек по налогам и сборам Минэнерго не планирует.
Понять подобный сценарий несложно, особенно учитывая июльский рост внутренних цен на металлургический уголь на 21–31%. «Наметилась тенденция к восстановлению выпуска стали. Если в феврале 2026 года выплавка просела до рекордно низких 4,9 млн т, то в июне составила уже 5,9 млн т, что даже немного выше аналогичного периода 2025 года. Определенное оживление спроса на металлопродукцию подтверждают и операционные данные «Северстали» и ММК за второй квартал 2026 года, согласно которым продажи обеих компаний увеличились на 8,6% г/г и 11,4% г/г соответственно», — сообщил ведущий аналитик ИК «Велес Капитал» Василий Данилов.
Несмотря на временное улучшение спроса, ситуация остается непростой. По мнению Владимира Чернова, энергетический и металлургический сегменты рынка сейчас живут по-разному. Какие же перспективы открываются для угольщиков во втором полугодии? Известно, что Минэнерго РФ намерено сохранить объем добычи и экспорта угля на уровне 2025 года — 440 млн т и 211 млн т соответственно. Об этом ТАСС заявил замминистра энергетики Дмитрий Исламов.
Как полагает Егор Вершинин, официальный ориентир Минэнерго в 440 млн т добычи угля и 211 млн т экспорта выглядит верхней границей, в то время как более реалистичны объемы в 425–435 млн т и 200–208 млн т соответственно. «Рост поставок в Индию и отдельные страны Юго-Восточной Азии не компенсирует слабость китайского энергетического сегмента: импорт российского угля в КНР за I полугодие снизился на 20%, при этом поставки коксующегося угля выросли на 16%. Поэтому основной риск смещен в сторону снижения физических объемов, а не дальнейшего обвала цен. При низких котировках и крепком рубле баланс рынка будет восстанавливаться через сокращение добычи, закрытие убыточных мощностей и консолидацию отрасли», — уверен аналитик ФГ «Финам».
По оценке Тайкетаева, по итогам текущего года объем добычи снизится до 415–425 млн т, а объем экспортных отгрузок может составить около 200–210 млн т. Как полагает аналитик НКР, наиболее перспективным направлением остается Индия. Потенциал также сохраняется на отдельных рынках Юго-Восточной Азии и в Южной Корее. Для металлургического угля дополнительный интерес могут представлять Тайвань и Турция. «Эти рынки характеризуются высокой зависимостью от импортных поставок и одновременно чувствительностью покупателей к цене, что создает возможности для российского экспорта угля при сохранении существенного ценового дисконта к австралийским эталонным сортам», — пояснил эксперт.
По его мнению, Китай остается крупнейшим рынком сбыта российского угля, на который в последние годы приходится около трети российского экспорта. При этом на китайском направлении российские компании сталкиваются с высокой конкуренцией со стороны внутренней добычи КНР, а также с импортными пошлинами и логистическими ограничениями. Слабая динамика китайской металлургии и строительного сектора ограничивает потенциал увеличения импорта коксующегося угля.
«При этом внешняя среда в среднесрочной перспективе становится сложнее именно для энергетического угля», — уверен Владимир Чернов. Он напомнил, что в последнем полном прогнозе IEA мировой импорт угля должен постепенно сокращаться до 2030 года, прежде всего из-за уменьшения потребности Китая и увеличения собственной добычи Индии. Одновременно Индия будет наращивать импорт металлургического угля, поскольку собственных качественных ресурсов ей недостаточно, а производство стали растет. Спрос также быстрее всего увеличивается в странах Юго-Восточной Азии. «Поэтому для России наиболее перспективными направлениями выглядят Индия и Юго-Восточная Азия. Причем прежде всего для металлургического и более качественного энергетического угля, а не для массового низкокалорийного продукта», — заключил аналитик Freedom Global.
На экспортные объемы может повлиять и геополитика. Сейчас в Конгрессе США находится законопроект, предусматривающий санкции против судов и связанных с ними лиц, участвующих в перевозке российского угля с использованием схем обхода ограничений. Введение новых санкций, вероятно, увеличит логистические издержки и премию за риск для судовладельцев. Часть дополнительных расходов российским экспортерам, вероятно, придется компенсировать за счет временного увеличения дисконта, прежде всего на рынках, где покупатели имеют возможность относительно быстро переключиться на альтернативных поставщиков из Австралии, Индонезии, ЮАР и Колумбии.
По прогнозу Международного энергетического агентства, в 2027 году мировой спрос на уголь вырастет почти до 8,9 млрд тонн, обновив очередной рекорд. По мнению экспертов Bloomberg, стремительного роста числа ветряных турбин и солнечных батарей в мире оказалось недостаточно для замедления спроса на уголь. Особенно это актуально для бурно развивающихся экономик Индии и Китая, где рост спроса на уголь может с запасом компенсировать сокращение потребления этого топлива в Европе и США. А это значит, что российские шахтеры обеспечены работой на долгое время.