Буквально за пару дней до голосования на промежуточных  выборах в США Дональд Трамп заявил, что налажен нормальный диалог с Канадой, он позвонил в Оттаву, и в ближайшее время сторонами будет подписано двустороннее соглашение, безумно выгодное США, да и Канаде тоже. И все это после начавшейся в августе жесткой торговой войны между двумя странами именно из-за того, что Оттава, ввиду очевидной невыгодности для нее предложенного соглашения, подписать его отказалась. Что случилось с Трампом? Может, канадский премьер Марк Карни его элементарно переиграл? События вроде бы говорят в пользу именно такой версии.   

Фото: AP

Спустя недолгое время после августовского объявления торговой войны и, в общем, личного конфликта лидеров, вдруг было объявлено, что Карни приглашен в Страсбург, в Европарламент,  на отчетный доклад Урсулы фон дер Ляйен в середине сентября, где, как намекали, будет сюрприз. При этом удивленным журналистам сотрудники главы ЕК пытались внушить, что приглашение канадскому премьеру было направлено едва ли не после Нового года. 

Когда сюрприз грянул — фон дер Ляйен заявила о намерении принять Канаду в ЕС на особых правах «ассоциированного члена», на лицах всех причастных появилось удивление. Причем у представителей стран ЕС оно было явно неподдельным. С ними никто ничего не согласовывал, и суть новации не разъяснял. Что касается Карни, в искренность его удивления поверили не все. Историю с самоуправством фон дер Ляйен замяли, и решено было, что все будет уточнено в конце октября на саммите ЕС-Канада в Монреале. Президент Трамп, услышав о планах Брюсселя и Оттавы заключить союз, пообещал обеим сторонам большие неприятности, если худшие подозрения подтвердятся. 

На саммите, прошедшем 29-30 октября, ничего не подтвердилось, но зато Карни  сумел отсрочить какие-либо решения  по членству в ЕС на 6 месяцев. И вот тут Трамп и объявил, что уже поговорил с Карни, и все между странами-соседями будет OК. 

Почему Карни, вслед за предшественниками, охотно подписывает отдельные договоры с ЕС, но, как якобы внезапно выяснилось только в Монреале, туда не стремится? Если расшифровать  намек брюссельской редакции Politico, ему абсолютно не нужно то, что на самом деле предлагает фон дер Ляйен. «Премьер-министр Канады хочет помочь построить новый мировой порядок, способный уравновесить мощь Соединенных Штатов и Китая. Но его видение зависит от новых отношений с Европой, которая вовсе не считает себя средней державой. Председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен придерживается иного видения: блок, центром которого является Брюссель, расширяющий экономическое и геополитическое влияние ЕС, начиная с Канады», — отметило накануне монреальского саммита издание. 

О том, насколько версия, кажущаяся очевидной, может быть верна, а также о некоторых результатах саммита ЕС-Канада, «МК» спросил у Елены Комковой, главного научного сотрудника Отдела Канады Институт США и Канады им. Г.А. Арбатова.

-Можно ли считать итогом  саммита звонок Трампа и его решение возобновить переговоры по торговому соглашению с Канадой? Можно ли это считать своеобразным дипломатическим успехом  Карни?

-Я бы этого не сказала. Мне кажется, что звонок Трампа скорее отвечал на другой вызов —  на промежуточные выборы в Соединённых Штатах Америки, где в ряде колеблющихся штатов, республиканские кандидаты в Сенат и в Палату представителей теряли свои очки и свою поддержку именно на развязанной Трампом торговой войне против Канады.

Мне кажется, скорее это главная причина того, что Трамп дважды провёл телефонные переговоры с Карни. Ему звонит и министр торговли США, Говард Латник, и так далее. То есть, я думаю, что здесь минимальное влияние этого саммита на эти, так сказать, дипломатические шаги Трампа.

Я связываю их с потерей поддержки Республиканской партии в колеблющихся и в приграничных с Канадой штатах из-за торговой войны с Канадой, которая требует какой-то реакции от администрации. Ну, вот Трамп и заявил, что уже есть концепция хорошей сделки с Канадой, которая должна быть заключена, как он обещает, в ближайшее время.

-То есть можно предположить, что буквально после выборов этот драйв мирится с Канадой у Трампа пропадёт, или он вообще о теме забудет?

-Нет, я бы этого не сказала. Повторюсь: этого требуют от Американской администрации уже не только сенаторы-демократы и конгрессмены-демократы, но и ряд членов его Республиканской партии. Главный вопрос тут результаты выборов. 

То есть это вопрос, который стал волновать избирателей. Не всех, конечно, американских избирателей, но избирателей в колеблющихся штатах, в штатах по границе с Канадой, прежде всего в Мичигане и в Мэне, где республиканские кандидаты могли проиграть именно на этом вопросе. 

Поэтому, мне кажется, нет. Здесь я бы предсказала, что, скорее всего, будут какие-то попытки со стороны администрации Трампа возобновить переговоры с Канадой и о чём-то с ней договориться.

То есть здесь я вижу для Канады положительную динамику именно потому, что внутренняя обстановка в США подталкивает администрацию найти какое-то взаимоприемлемое решение с Канадой и до чего-то договориться.

-Известна реакция Карни, когда он узнал об «ассоциированном членстве», которое от имени Еврокомиссии Канаде предложила  фон дер Ляйен. Скажем, сильные сомнения. Теперь в Монреале было принято половинчатое решение о полугодовом сроке на проработку уточнений. Можно ли считать такое решение вариантом подвешивания этой темы? Хотя бы до выяснения каких-то других обстоятельств, которые могут возникнуть во взаимоотношениях с теми же США?

-Думаю, безусловно. Дело в том, что Карни действительно колебался, он использовал другое выражение, описывая перспективы развития отношений между Канадой и Евросоюзом. А это определение, в общем-то, предложила фон дер Ляйен. И Карни не стал с ней напрямую публично спорить. Но дело в том, что такого статуса не существует,  и проблема в том, что этот статус будет подразумевать.  Если европейцы и канадцы договорятся о конкретном содержании, какие обязательства, прежде всего, оно несёт для Канады и для Европы, тогда будет что-то решаться — останется ли это выражение, или оно будет заменено на какое-то другое.

Там также есть другая линия, что это «Альянс ради будущего».  Это то, что говорит Канада: да, мы движемся в отношениях с Европой к всё более глубокому сотрудничеству, которое будет переходить и на новые сферы, и углубляться, и нас это устраивает. Как назвать этот этап углубляющегося сотрудничества? Это вопрос, который остаётся.

Европа предлагает наименование, Карни на этом не настаивает. Его ответ, что ему важно, чтобы действительно была динамика в этих отношениях, чтобы стороны углубляли это сотрудничество. А как они это назовут? Ну, если договорятся о конкретном содержании, что такое «ассоциированное членство», значит, на следующем саммите Канады и Европы, который, по-моему, запланирован на лето следующего года, может быть, будет продолжение этой темы. А если не договорятся, значит этот вопрос подвиснет. Но, в принципе, он для  Канады не принципиальный. Я думаю, и для Европы тоже. 

-Судя по тому, что пишут об этом  европейские СМИ, против всей этой затеи радикально выступает Германия, причем без внятных объяснений. Но сопротивляется Берлин очень яростно и пытается даже создавать какие-то коалиции. А есть ли какие-то экономические или политические основания у позиции Германии и почему ей это больше всех нужно?

-В прессе проходило одно из таких объяснений, что Германия сама в прошлом году предложила применить этот статус ассоциированного членства для Украины — как такой как бы этап присоединения Украины к Евросоюзу. Этот вариант не прошёл, и прежде всего с таким подходом не согласилась сама Украина. Поэтому у Германии, которая вообще является важным партнёром Канады и с которой у Канады очень хорошие отношения, это вопрос, так сказать, лексики. Это не против Канады, я бы так сказала. Это какая-то несогласованность в самой внешней политике внутри Европейского Союза. 

Может быть, Германия приберегает этот статус для кого-то другого, помимо Украины. А фон дер Ляйен готова сделать Канаду первой такой страной. И в этом какие-то внутриполитические манёвры лидеров Евросоюза. Канада здесь совершенно ни при чём. 

-По итогам, собственно, самого саммита, можно ли сказать, многого ли достиг Карни в продвижении своих идей создания коалиции средних держав, или его идей внешней политики, касающихся только Канады?

-Итоги этого саммита достаточно противоречивые. Внимание участников саммита и наблюдателей было отвлечено полемикой насчёт того, будет ли Канада вот этим первым ассоциированным членом ЕС, или не будет. А для Карни это совершенно не принципиальный вопрос. Для него важны какие-то практические меры.

Определённые меры достигнуты, они упомянуты в заявлении, которое подписали по итогам саммита Канады и Евросоюза. И в частности, там, такие вещи как соглашения по цифровой торговле, соглашения по конкурентоспособности, которые дополняют Фритредерское соглашение между Канадой и Европой, которое было подписано в 2016 году, а также меры по облегчению студенческих и академических обменов, что важно для студентов, преподавателей, научных работников Канады. Канада получает доступ к научной инфраструктуре Евросоюза, и так далее. Ну, и речь идёт о частичном увеличении мобильности между гражданами Канады и Европы, но только для отдельных профессий. Одна такая профессия — это архитекторы, которые получают возможности признания своих дипломов и в Европе, и в Канаде, и, значит, работы в этих странах беспрепятственно. 

Но с другой стороны, никакого прорыва не достигнуто. В принципе, так сказать, поезд идёт. Но следующая большая остановка — это следующий саммит. Карни поддерживает важное для него европейское направление во внешней политике Канады. 

Можно думать, что там были заключены и другие сделки, в том числе в военно-промышленной сфере, о которых печать открыто не пишет, но явно там идут процессы — Канада и  Европа усиливают своё военно-промышленное сотрудничество. То есть  и с Германией, и с Голландией, и с Данией и так далее. 

Об этом широко не пишется, но, тем не менее, канадские компании уже участвуют в программе Европы по перевооружению, которая сейчас называется «Готовность 2030». Подписано два контракта, по которым канадские военные компании будут производить вооружения. И, в частности, тактические радиостанции для армий Польши и Латвии. 

То есть Карни поддерживает эту динамику. Он поддерживает отношения с руководством Евросоюза, он держит открытыми для Канады все двери и рассчитывает действительно на то, что это сотрудничество будет развиваться и расширяться. Ну и, конечно, оно оказывает какое-то влияние на администрацию Соединённых Штатов, что для Канады тоже очень важно, но, может быть, не определяюще. Но, тем не менее, администрацию Трампа немного нервирует, что Канада разворачивается в сторону других рынков, и это не только Европа. Мы знаем, что сейчас были важные переговоры и поездки Карни в Турцию и соглашения с Саудовской Аравией — об инвестициях и о военно-промышленном сотрудничестве.

Карни также пытается продать канадские атомные электростанции в Европу, в частности Венгрии, и продавать сжиженный природный газ в Европу. И, в принципе, эти его попытки  в определённой степени бросают вызов положению России в Европе. В общем, Канада пытается себя  поставить как конкурента и России, и, в общем-то, Соединённым Штатам в их поставках сжиженного природного  газа в Европу. Другое дело, что у Канады пока нет такой возможности, потому что у неё просто нет трубопроводов, которые ведут на восточное побережье.

И вот здесь идёт важное сотрудничество с Евросоюзом, и европейцы очень заинтересованы, чтобы Канада подключилась к экспорту сжиженного природного газа в Европу. Сейчас Европа много покупает СПГ в США, и ей хочется не быть сильно зависимой от них и разбавить их участие привлечением Канады, которую призывают также поставлять свои критически важные минералы и частично нефть в Европу. Речь идет и о других  товарах, в частности удобрениях, калийных солях, которых в Канаде очень много.

То есть идёт большая, в общем-то, игра. Пока всё это в основном планы в отношениях между Канадой и Европой. Но просто сейчас мы видим взаимную заинтересованность. Раньше Канада несколько раз предпринимала очень серьёзные попытки заинтересовать собой Европу и расширить своё присутствие на европейских рынках. Но тогда Европа не нуждалась особенно во всём этом. Сейчас же, после, так сказать, 2022 года и после прихода, особенно, второй администрации Трампа,  Европа  не чувствует себя уже ни в целом в безопасности, ни в экономической безопасности. И она тоже хочет поддерживать отношения с Канадой, которую считает другой,  лучшей Северной Америкой.