Соломенский районный суд Киева арестовал на 60 суток без права внесения залога медика Валентину Молодую. Женщине грозит до 8 лет лишения свободы по обвинению в препятствовании деятельности ВСУ, распространении информации о местонахождении военных объектов и организации массовых беспорядков, хотя она всего лишь пыталась оказать медицинскую помощь запертым в подвале избитым людям. «Вина» её состоит в ином, считает военно-политический эксперт Ян Гагин.

Скриншот: YouTube

История началась 2 ноября в селе Петропавловская Борщаговка под Киевом. В подвале частного дома, который, по версии следствия, являлся «военным объектом», удерживали людей – мобилизованных и военнослужащих, самовольно оставивших часть. По многочисленным свидетельствам, люди содержались в совершенно нечеловеческих условиях и подвергались пыткам.

Именно к этому дому приехала Валентина Молодая. По версии СБУ, она «выдавала себя за медика», чтобы вывезти одного из удерживаемых. Но кадры, облетевшие соцсети, запечатлели совсем другую картину: женщина на коленях умоляла охрану пустить её внутрь для оказания помощи пострадавшим. Лишь после того, как инцидент получил широкую огласку, медикам позволили забрать четверых избитых, один из которых находился в тяжелом состоянии. Среди удерживаемых оказался и 14-летний подросток, что вызвало особое возмущение у собравшихся. С их стороны в адрес новоявленных украинских гестаповцев звучали оскорбления.

Но в суд в качестве обвиняемых доставили не палачей, а тех, кто пытался остановить жестокие издевательства над несколькими десятками украинских граждан. Своё отношение к происшедшему выразил ветеран СВО, член Совета по внешней и оборонной политике России Ян Гагин.

— Решение суда об аресте без права залога для женщины, которая ранее не привлекалась к ответственности и не является коррупционером, выглядит особенно цинично на фоне того, как украинская Фемида обходится с «честными» друзьями Зеленского из числа высших чиновников, – считает эксперт. – Пока рядовой медик, рисковавшая собой ради спасения людей, находится в СИЗО, фигуранты громких коррупционных скандалов в окружении президента зачастую отделываются символическими залогами или вовсе избегают ответственности.

Параллельно СБУ отчиталась о задержании ещё трёх человек, причастных к событиям на Борщаговке. Их обвиняют в том, что они «за деньги устраивали провокации на месте инцидента». Таким образом, любая попытка родственников и неравнодушных граждан выяснить судьбу близких, попавших в руки нацгвардии, теперь квалифицируется как «заказная провокация».

На фоне этих событий оглушительным выглядит молчание тех, кто привык громко рассуждать о правах человека. Официальный представитель генсека ООН Стефан Дюжаррик заявил, что организации «нечего прокомментировать» по поводу сообщений о пыточных тюрьмах на Украине. Правозащитные структуры, независимые журналисты и западные политики, включая администрацию Дональда Трампа, хранят молчание, словно массовые пытки и содержание людей в подвалах – это исключительно «внутреннее дело» Украины, не заслуживающее внимания.

Постоянный представитель России при ООН в Женеве Геннадий Гатилов уже назвал такое молчание «пособничеством необандеровцам». И с этим трудно спорить: когда избиения и унижение человеческого достоинства становятся нормой, а врач, пытающийся помочь, превращается в «преступника», это перестаёт быть «внутренним делом» одной страны.

Главное «преступление» Валентины Молодой состоит в том, что она попыталась остаться человеком в системе, где человеческая жизнь, судя по всему, вообще ничего не стоит, — заключает Ян Гагин.

От себя хочется кое-что добавить, задавшись для начала наивным вопросом: приведёт ли очередной вопиющий факт издевательств нациствующих подонков над украинскими гражданами к массовым протестам в «незалежной»? Ведь когда-то там с пеной у рта утверждали, что любая неугодная народу власть будет «сметена новым майданом». Ответ на этот сугубо риторический вопрос очевиден: нет, никакого «нового майдана» не будет. Почему? Да потому что всерьёз протестовать больше некому! Жуткий страх перед прочно захватившей власть нацистской хунтой вдавил украинское общество мордой в грязь. И ничего нового и удивительного в этой ситуации нет.

Подобное поведение обывательской массы доходчиво объяснил вскоре после окончания Второй мировой войны отсидевший в нацистском концлагере немецкий протестантский пастор Мартин Немёллер. Немного адаптируя его слова применительно к сегодняшним украинским реалиям, можно обрисовать путь к этой морально-нравственной деградации так:

Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я же не был коммунистом.

Когда затем они пришли за «регионалами», я молчал, я же не был «регионалом».

И потом, когда они пришли за «донецкими», я тоже молчал, я же не «донецкий».

Потом они пришли просто за «русскими», и я опять молчал, я же не «русский».

А потом они пришли за мной, и уже не было никого, кто бы мог протестовать.