Продажа авиабилетов сверх числа кресел может получить четкие правила в России. Минтранс обсуждает возможность легализовать овербукинг — практику, при которой перевозчик продает больше билетов, чем мест в самолете, рассчитывая, что часть пассажиров не придет на рейс. Для рынка это способ увеличить загрузку самолетов, а для пассажира — риск остаться в аэропорту даже с действующим билетом. Эксперты предлагают не копировать зарубежные модели, а прописать российские правила: защищать семьи с детьми, людей с инвалидностью и пожилых, заранее определять порядок выбора пассажиров, автоматизировать выплаты и дать возможность отказаться от участия в схеме.
Фото: Shatokhina Natalia/news.ru/Global Look Press
Продажа билетов сверх количества мест в самолете давно используется за рубежом, однако в России такая практика пока не имеет полноценного правового механизма. Поводом для нового обсуждения стало намерение Минтранса легализовать овербукинг.
Суть овербукинга проста: перевозчик продает больше билетов, чем есть кресел, рассчитывая, что часть пассажиров не придет на рейс. По словам авиационного эксперта Романа Гусарова, в российских условиях проблема может возникать не только намеренно — из-за закрытия аэропортов, введения плана «Ковер», задержек или замены самолета на борт с другой конфигурацией кресел.
Главный вопрос — кому придется остаться без места, если на рейс придут все пассажиры. Гусаров считает, что закон должен заранее определить порядок выбора и защищенные категории: людей с инвалидностью, пожилых, пассажиров с маленькими детьми. «Необходимо, чтобы были четко прописаны правила: кто может быть оставлен на земле, кто не может и какая компенсация ему положена», — говорит эксперт. Он предлагает изучить опыт США и Европы, но не копировать его механически.
В Европе при овербукинге сначала могут искать добровольцев, готовых перенести поездку за дополнительную выплату. Гусаров рассказывал, что видел случай, когда на несколько свободных мест откликнулись десятки пассажиров. Среди обсуждаемых вариантов компенсации — до 200% стоимости билета, если пассажир узнает о проблеме до вылета и не получает альтернативу в течение суток, а также меньшие выплаты в других случаях.
Председатель Всероссийской ассоциации пассажиров Илья Зотов утверждает, что принципиальны четыре вещи: прямая компенсация пассажиру, защита граждан, автоматическая выплата и возможность отказаться от участия в овербукинге. Пассажир, уверен Зотов, не должен писать заявления и стоять в очередях: деньги должны поступать быстро и удобным способом.
Исполнительный директор агентства «АвиаПорт» Олег Пантелеев также считает автоматизацию необходимой, но предупреждает: денежная компенсация не должна закрывать вопрос полностью. Если из-за отказа в перевозке пассажир понес больший ущерб, у него должна сохраняться возможность потребовать его полного возмещения по Гражданскому кодексу.
Еще одна интрига — что делать с пассажирами, которые не хотят участвовать в овербукинге. В обсуждении звучала идея отдельного более дорогого тарифа с гарантией места. Гусаров выступает против: «Не надо здесь устраивать ценовую сегрегацию. Все-таки лучше решать этот вопрос компенсационно». Зотов предлагает установить минимальную компенсацию и позволить авиакомпаниям самим доплачивать больше добровольно, но не брать с пассажира дополнительную плату за саму защиту.
Запускать механизм в пилотном режиме, по мнению Зотова, можно на направлениях с высокой частотой рейсов. Пантелеев считает, что дополнительная загрузка может быть полезна не только авиакомпаниям. По его оценке, даже прирост на 1% в масштабах отрасли способен означать около миллиона дополнительных сегментов. Но выгода рынка не должна достигаться за счет неопределенности для пассажира.
Если овербукинг легализуют, пассажир должен заранее понимать, что произойдет, если кресел окажется меньше, чем билетов. В идеальной модели ему предлагают выбор, автоматически выплачивают компенсацию, а при необходимости пересаживают на следующий рейс — и, как один из вариантов, могут предложить место в бизнес-классе. Это особенно важно для редких рейсов.