За считанные дни цены на нефть не просто преодолели психологически значимую отметку в $100 за баррель, но устремились к новым высотам. В понедельник 14 сентября котировки эталонного сорта Brent на лондонской бирже ICE Futures доходили до $108,65. Так рынки отреагировали на фактический захват мятежниками-хуситами побережья Баб-эль-Мандебского пролива, а также на остановку работы стратегического нефтепровода «Восток-Запад» в Саудовской Аравии.
Фото: Геннадий Черкасов
Мощность этой сырьевой магистрали оценивается в 7 млн баррелей в сутки. После перекрытия Ираном Ормузского пролива королевство перенаправило основной экспорт нефти с востока на запад по нефтепроводу «Восток-Запад», конечная точка которого — порт Янбу на Красном море. И вот сейчас и этот маршрут выведен из игры, что, по оценке Reuters, может обойтись глобальному рынку потерей около 4% поставок. В результате атак оказались серьезно повреждены насосные станции, расположенные рядом с трубопроводом. По оценкам аналитиков, если в ближайшие дни ключевой энергетический объект не возобновит работу, экспортные запасы сырья в ближневосточном королевстве рискуют быстро иссякнуть.
Также йеменские хуситы сообщили о нанесении ударов ракетами и беспилотниками по саудовской военной базе в Шаруре на юге страны. Ранее, 11 сентября, поддерживаемые Ираном повстанцы взломали оборону сил центрального правительства Йемена, захватили всё западное побережье страны и расположенный в центре Баб-эль-Мандебского пролива остров Перим. В итоге пролив, который с 1869 года служит южными воротами в Суэцкий канал (10–12% мировой морской торговли), оказался под полным контролем хуситской группировки. Его длительная блокада может взвинтить нефтяные котировки до $150 за баррель и выше (хотя это стрессовый сценарий), а само ценовое ралли становится долгосрочным трендом из-за ближневосточного кризиса, предупреждают эксперты.
А что сейчас происходит с ценами на российский сорт Urals, насколько они коррелируются с динамикой Brent, что в реальности дает эта ситуация бюджету РФ, и насколько велико её влияние на курс рубля, который именно в последние дни достаточно заметно укрепился?
«На рынке нефти сохраняются предпосылки для дальнейшего роста котировок, — говорит генеральный директор «Альфа-Форекс» Гузель Проценко. — Основным драйвером движения ноябрьских фьючерсов Brent сейчас выступает геополитический фактор и связанные с ним риски перебоев поставок углеводородов в Персидском заливе. В этих условиях Brent может продолжить движение к мартовским максимумам в диапазоне $115-120 за баррель. Для российской нефти эти события вполне благоприятны: котировки движутся вслед за мировым рынком, хотя из-за сохраняющегося дисконта рост не полностью отражается в цене в тех же масштабах, что и в Brent. Тем не менее, Urals вполне может продвинуться в сторону $110-115 за баррель».
Ситуация выглядит весьма комфортной для российской экономики, особенно на фоне значительно более низкой цены нефти, заложенной в бюджет. Такой уровень котировок создает дополнительную поддержку рублю и макроэкономической стабильности, формируя более благоприятные условия для экспортных доходов и бюджетных поступлений. Кроме того, рассуждает эксперт, высокая стоимость нефти укрепляет позиции страны как одного из ключевых игроков мирового энергорынка. Россия входит в топ-3 государств по добыче и поставкам нефти, при этом сохраняет стратегические позиции на рынках Индии и Китая и расширяет экспортные направления в регионе Юго-Восточной Азии, в том числе во Вьетнам и Индонезию.
Что касается влияния нефтяных котировок на курс рубля, оно сейчас не столь велико, отмечает Проценко: динамика одновременно определяется денежно-кредитной политикой, объемами валютных операций государства и общим состояния внешней торговли. Нефтяной фактор скорее способен смягчать давление на рубль, чем полностью определять его траекторию.
«Текущую динамику на нефтяном рынке можно охарактеризовать как долгосрочный тренд, — рассуждает президент Ассоциации экспортеров и импортеров Артур Леер. — Естественно, он подвластен колебаниям — стоимость периодически видоизменяется то вверх, то вниз, что отражает естественную реакцию рынка на любые изменения. В рамках реалистичного сценария коридор, в котором формируются цены, можно оценить на уровне $100–120 за баррель. При этом прямая корреляция между сортами Brent и Urals полностью сохраняется. Несмотря на ввод санкций, изменение логистических цепочек и постоянную трансформацию дисконтов, цены на российскую нефть неизменно растут вслед за котировками Brent».
Что касается курса рубля, они по-прежнему играют важную роль в его формировании. Понимание корреляции между ценами на углеводороды и национальной валютой четко присутствует, однако сам курс зависит от большого количества других критериев и обстоятельств. Поэтому нефтяной тренд выступает значимой, но не единственной определяющей составляющей, резюмирует Леер.
«Urals и другие наши сорта дорожают точно так же, как и Brent, — говорит эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. – В портах получателя российская нефть становится всё более востребованной. Напомню, что в начале года, когда еще не был перекрыт Ормузский пролив, скидка на Urals в портах Индии доходила до $10 на каждый баррель. Но затем, когда на фоне ближневосточных событий возник дефицит предложения из стран региона Персидского залива, Индия и Китай, два основных покупателя нашей нефти, начали активно конкурировать между собой за возможность покупать Urals в нужных им объемах. И к сегодняшнему дню скидка трансформировалась в премию: в Индии Urals стоит дороже чем Brent на $2-4 за баррель. Это, соответственно, обеспечивает нашему бюджету дополнительные нефтегазовые доходы. Скажем, в июле средняя цена российской нефти составляла $59, в августе — $67. Логично предположить, что в сентябре она будет еще выше».