Выпуск водки в России за январь–октябрь 2026 года уменьшился на 7,3%, до 56,33 млн декалитров. Однако розничные продажи за девять месяцев снизились всего на 0,5%. Заводы сокращают производство заметно быстрее, чем покупатели — покупки. На рынок одновременно влияют повышение цен и акцизов, изменение потребительских привычек и ужесточение правил торговли. «МК» разбирался с экспертами, почему водка теряет позиции и чего ждать дальше.

Фото: Михаил Ковалев

Напомним: с января 2026 года ставка акциза на алкогольную продукцию крепостью свыше 18 градусов выросла на 11,4%, до 824 рублей за литр безводного спирта. Минимальная цена бутылки водки объемом 0,5 литра поднялась с 349 до 409 рублей. Для покупателя это заметная прибавка, а для производителя — рост расходов. Дополнительную нагрузку создали и новые фискальные правила: с 1 июля акциз необходимо перечислять уже при закупке спирта, поэтому предприятиям требуется больше оборотных средств.

Экономический эксперт Вячеслав Абрамов считает, что падение выпуска стало результатом наложения долгосрочных и краткосрочных причин. По его оценке, подорожание совпало с реальным снижением потребления: люди стали меньше покупать крепкий алкоголь и переключаются на другие напитки. На фоне роста расходов производители осторожнее планируют объемы выпуска, а торговые сети не стремятся накапливать большие запасы.

«Говорить об “обрушении” потребления водки пока преждевременно. Производство за январь–октябрь действительно снизилось на 7,3%, но розничные продажи водки за девять месяцев сократились всего на 0,5%. При этом продажи крепкого алкоголя в целом не падают, а по отдельным категориям, например ликеро-водочным изделиям, даже заметно растут. То есть спрос не исчезает, а частично перераспределяется внутри алкогольного рынка», — объяснил «МК» Максим Черниговский, руководитель Клуба профессионалов алкогольного рынка.

Покупатели действительно обращают внимание на альтернативы традиционным крепким напиткам. Производство ликеро-водочных изделий — настоек и наливок — выросло на 4,4%, а продажи этой категории прибавили 11%. Интерес сохраняется и к джину, рому, виски, игристым винам и сидру. Водка остается крупнейшей категорией крепкого алкоголя, но ее доля постепенно размывается.

Труднее всего приходится небольшим производителям. Абрамов указывает на сокращение числа компаний в отрасли и увеличение количества ликвидаций бизнеса. При растущих акцизах, издержках и потребности в оборотных средствах небольшим заводам сложнее конкурировать с крупными игроками. Это может ускорить концентрацию рынка.

Но это проблемы производителей. А с точки зрения потребителей отдельная проблема — риск ухода части спроса в нелегальный сектор. Чем заметнее разница в цене между легальной продукцией и сомнительными альтернативами, тем выше соблазн людей, особенно малоимущих, сэкономить. Абрамов предупреждает о росте интереса к контрафакту и самогону. Черниговский обращает внимание и на региональные ограничения продажи алкоголя, в том числе для заведений общепита в многоквартирных домах.

«Всё это сокращает легальные каналы реализации. И здесь есть ещё одна проблема: чрезмерное ужесточение регулирования не обязательно означает такое же снижение реального потребления — часть спроса может уходить в нелегальный сектор», — отмечает эксперт.

По мнению собеседников «МК», рассчитывать на то, что предновогодний сезон переломит тенденцию, не приходится. В декабре спрос традиционно оживляется, однако производители будут ориентироваться на реальные заказы и остатки на складах. «Перед Новым годом сезонный рост продаж будет, но вряд ли он полностью изменит годовую тенденцию», — говорит Черниговский.

Таким образом, снижение выпуска водки и других крепких спиртных напитков объясняется не одной причиной. На отрасль давят подорожание, акцизная нагрузка, новые правила расчетов и конкуренция со стороны других видов спиртного. При этом производство сокращается быстрее розничных продаж. Рынок не исчезает, а перестраивается: покупатели меняют выбор, а предприятия — объемы выпуска и подход к запасам.