Еще недавно аналитики уверенно предсказывали на лето доллар по 80–100 рублей, а сегодня американская валюта балансирует у отметки 71–72 рубля. На фоне войны на Ближнем Востоке, дорогой нефти и рекордно высоких ставок рубль неожиданно превратился в одну из самых крепких сырьевых валют мира. Но долго ли продлится этот праздник? Эксперты предупреждают: уже осенью власти могут оказаться перед непростым выбором — девальвация рубля или дальнейшее повышение налогов. Кто выиграет от сильного рубля, почему дешевеет евро и стоит ли сейчас запасаться валютой перед отпуском, «МК» рассказали эксперты: старший персональный брокер «БКС Мир инвестиций» Сергей Голенищев, экономист и финансовый аналитик Александр Разуваев.
Фото: Алексей Меринов
«Сильный рубль мешает экспортерам»
— Еще в начале этого года многие аналитики прогнозировали курс в 80–100 рублей за доллар, 90–110 — за евро. Мы же в начале лета имеем доллар по 71–72, евро по 83. Реальный эффективный курс рубля вырос с начала года почти на 7%. Эксперты массово ошиблись? То, что мы видим сейчас, — это краткосрочный всплеск или новый долгосрочный тренд?
Голенищев: — Рубль укрепляется уже полтора года, с минимумов конца 2024-го — начала 2025-го, когда доллар был выше 100. Так что я бы не стал говорить, что это кратковременная история, это реалии текущего периода. Мы ожидаем до конца года курс в районе 80 рублей за доллар и около 12 рублей за юань. Но сейчас курс, мягко говоря, непрозрачный, поэтому возможны полярные колебания по тем или иным причинам. Если оценивать по денежной массе, справедливый курс сейчас где-то на уровне 90+.
— Какие факторы сейчас влияют на такой курс?
Разуваев: — Я считаю, что произошла форс-мажорная ситуация в Персидском заливе, в Ормузском проливе. Даже когда начались боевые действия, никто не думал, что все так обернется. Был опыт аналогичных ситуаций с Ираком, Сербией, Ливией — там все быстро заканчивалось, но здесь все иначе. Это уже не вялотекущая война между Ираном и Израилем, а горячая. Как долго это продлится, непонятно.
Еще один момент: около полутора месяцев назад аналитики Goldman Sachs писали о таком явлении, как повреждение скважин. Даже если Ормузский пролив освободят, Иран, Саудовская Аравия и Эмираты не смогут быстро увеличить добычу до прежнего уровня. Предложение нефти очень долго будет ниже, и из-за ее дефицита мы увидим крепкий курс сырьевых валют: рубля, тенге, азербайджанского маната. Торговое сальдо решает все. Думаю, до конца года курс будет в диапазоне 70–75 рублей за доллар, хотя рынок смотрит на 80. Но 70–75 — это уровень, который позволит жить экспортерам и бюджету, и при этом он сбивает инфляцию.
Снижение ключевой ставки (я жду 12% к концу года) не так сильно повлияет на курс. Есть и политический момент: в Центральной Азии, в Казахстане и Узбекистане, рубль фактически стал резервной валютой. Россия не против укрепления статуса рубля. Я вообще сторонник сильного рубля, несмотря на проблемы экспортеров и бюджета. Когда человек получает зарплату, он понимает, что это весомая сумма: он может купить импортный товар, поехать отдохнуть. Слабый рубль консервирует технологическую отсталость и нищету.
Голенищев: — На рынке присутствуют импортеры, которые покупают валюту. При этом высокая ключевая ставка и общая политико-экономическая неопределенность снижают потребительский спрос и инвестиции, хотя государственный сектор продолжает участвовать на валютном рынке. Импорт все последние годы остается стабильным. Экспортеры продают валюту для покрытия кредитных и налоговых обязательств. Сейчас на рынок снова вышел Минфин — все ждут, как это повлияет. Объемы покупок небольшие, но ожидания склоняются к ослаблению рубля. Мы находимся в замкнутом контуре, сильного оттока капитала нет. Когда отток случается, мы узнаем о нем постфактум и увидим серьезные движения по валюте. Сейчас укрепление происходит, потому что экспортеры продают больше валюты на фоне дорогой нефти. Дальше все будет зависеть от действий Минфина и движения ключевой ставки до конца года.
— На минувшей неделе доллар опускался ниже 72 рублей, евро и юань также дешевели. Но правительство ищет способы экстренно занять деньги на внутреннем рынке, а на ПМЭФ открыто говорили, что такой крепкий рубль бюджету невыгоден. Кому конкретно мешает сильный рубль?
Голенищев: — Сильный рубль мешает экспортерам. За 12 месяцев нефтегазовые доходы упали на 35%, они сильно ниже плановых. Ненефтегазовые доходы выросли примерно на 40%, но тоже не дотягивают до плана: 37 триллионов рублей против 40. Если мы увеличиваем расходы, нужно увеличивать дефицит бюджета, а за это кто-то должен платить. Либо власти повышают налоги, против чего резко выступает бизнес, либо плавно девальвируют рубль к уровню 85–90. Это сильно поддержало бы бюджет. Мы находимся на развилке: или девальвация рубля, или повышение налогов, потому что бесконечно наращивать выпуск долговых бумаг — ОФЗ, особенно при снижающейся ставке, не получится. Думаю, если рубль девальвируется на 10%, морально к этому все готовы, и это не сильно скажется на инфляции, но покроет часть дефицита.
Разуваев: — Высокие ставки — это не только борьба с инфляцией. ЦБ тем самым как бы говорит людям и бизнесу: «Не тратьте, сберегайте». Спрос снижается, инфляция раскручивается меньше. У нас дефицит рабочей силы и большая загрузка основных фондов. Да, стресс от высоких ставок большой, но они позволяют сохранить сбережения, в отличие от ситуации 1992 года, когда гиперинфляция уничтожила советские накопления.
Если рубль ослабнет, возможно, подрастет рынок акций (60% индекса — экспортеры). Но те, кто сберегает в золоте, все равно выигрывают, так как золото торгуется в долларах. В то же время покупать слитки и любоваться ими — не самый практичный вариант: могут возникнуть вопросы из-за царапин и дисконта.
«Черный лебедь» для доллара
— С 5 июня по 6 июля Минфин наращивает покупки валюты и золота. Одни эксперты говорят, что объемы слишком малы, другие — что это станет драйвером для ослабления рубля. Увидят ли обычные люди эти изменения в котировках обменников в ближайшее время?
Голенищев: — Пока объемы действительно небольшие. С мая по 4 июня ежедневные покупки составляли порядка 1 миллиарда долларов. Сейчас, если брать совокупные покупки Минфина и продажи ЦБ, получается около 5–8 миллиардов рублей в день. Это немного, но дальше все будет зависеть от продаж экспортеров и объемов импорта. Я не думаю, что даже снижение ставки на 2% сильно подстегнет импорт. Действия Минфина могут повлиять, но нужно смотреть на июль. Скорее всего, ЦБ в июле перестанет продавать валюту, и тогда объем чистой покупки составит около 10 миллиардов рублей — это уже что-то.
Разуваев: — Я согласен: рубль сильный, ставки высокие. Ходят слухи, что одна из крупнейших российских компаний может перевести свою денежную «подушку» (около 5 триллионов рублей) из валюты в рубли. Если это произойдет, рубль может укрепиться еще больше. Это стало бы «черным лебедем» для доллара в России.
— ЦБ меняет методику расчета курса евро из-за низких торговых оборотов. Евровалюта выбывает из числа ключевых. Это технический момент или структурный сдвиг? Каким теперь будет курс евро?
Голенищев: — Сейчас у нас юань — биржевая валюта, а доллар и евро торгуются вне биржи, где наблюдаются приличные спреды. Видимо, реальных торгов евро так мало, что прежняя методика потеряла смысл. Последние лет пять евро у нас вообще не считается какой-то значимой валютой, если только вы не едете в Европу. Причина смены методики как раз в том, что курс евро от ЦБ сильно скакал без видимых причин: доллар и юань стабильны, а курс евро мог измениться на 2 рубля за день. Я не думаю, что теперь евро сильно упадет или укрепится.
Разуваев: — Полагаю, что евро как валюта, объединяющая много стран, может вообще прекратить существование. У стран разные национальные интересы. Если в крупной экономике вроде Франции или Испании к власти придет новый лидер, он столкнется с тем, что деньги на социалку нужны, а эмиссию он не контролирует. Теоретически Италия может вернуться к лире, Испания — к песете, что приведет к дефолту по внешнему долгу. Это вызовет подорожание золота и доллара. Америка, со своей стороны, будет выступать за устранение конкурента их доллару.
Если смотреть на ближайшие десять лет, мир может распасться на несколько валютных зон: зона доллара, евро (пока он есть), зона юаня, возможно, зона реала в Латинской Америке. Я надеюсь, у нас появится евразийская валюта с участием России, Беларуси, Казахстана, может быть, Турции и Азербайджана. Эквивалентом для обмена, естественно, будет золото.
Сейчас значимость евро в России намного меньше, чем десять лет назад, — не из-за методики, а из-за смены структуры рынка. Полагаю, ничего резкого с курсом евро сейчас не произойдет.
— После заседания ЦБ 19 июня и очередного понижения ставки до 14,25% ждать ли разворота курса? Как решение регулятора повлияет на рубль?
Голенищев: — Ставку продолжают аккуратно снижать, но я не думаю, что до конца года она сильно упадет. Высокая ставка стимулирует сбережения и поддерживает крепкий рубль, что является глобальной меткой стабильности страны. Когда в конце 2024 года доллар уходил за 100 рублей, западные СМИ писали о трещинах в российской экономике. Думаю, тогда было принято политическое решение, что наша валюта должна быть стабильной. С тех пор мы видим укрепление рубля.
Сейчас старые шаблоны не работают. Ставка снижается, а рубль укрепляется. Снижение ключевой ставки — это хорошо для настроения бизнеса, но не думаю, что оно сильно скажется на курсе.
Разуваев: — Снижение ставки никак не повлияет на курс рубля. Для банков это хорошо: проценты по вкладам снижаются быстрее, чем по кредитам, и прибыль банков продолжает расти. Будут хорошие дивиденды.
— Какого курса рубля ждать тем, кто планирует отпуск?
Голенищев: — Считаю, что диапазон 70–80 рублей за доллар сохранится до конца лета. В сентябре выборы в Госдуму, и до этого времени все будет стабильно, в районе текущих 72 рублей. Если Минфин в июле-августе будет покупать больше валюты при дорогой нефти, это немного сдвинет курс, но экспортеры будут удерживать его своими продажами. Поэтому при планировании поездок лучше ориентироваться на хорошее предложение, а не пытаться выгадать 2–3 рубля.
Разуваев: — Мой прогноз — 70–75 рублей до конца года. Я думаю, что ближневосточный конфликт завершится в конце лета или осенью, но на курсе рубля это никак не скажется. Зато это очень хорошо скажется на нашем фондовом рынке. Деньги американских фондов, которые раньше толкали наши акции вверх, снова появятся.
— Что бы вы порекомендовали гражданам — во что вкладывать свои рубли?
Разуваев: — Банковские депозиты под фиксированную ставку, пока эти ставки достаточно высокие. Акции — это рискованная история, но некоторые могут выстрелить. Для долгосрочных сбережений — на годы — лучше всего подходит золото. Наши резервы растут во многом благодаря переоценке золота, а не только из-за действий властей.