В Россию с указанной целью «работа» стали реже въезжать граждане Узбекистана, Таджикистана и Киргизии: в первом полугодии 2026-го количество таких лиц сократилось на 15% год к году. По словам опрошенных «МК» экспертов, ситуация обусловлена двумя обстоятельствами – во-первых, большей прозрачностью внутренней миграционной политики, во-вторых, гораздо меньшей востребованностью неквалифицированной рабочей силы в строительном секторе, переживающем не лучшие времена.
Фото: Наталия Губернаторова
Согласно статистике погранслужбы, три центральноазиатские страны остаются лидерами по числу рабочих въездов в РФ: их за шесть месяцев 2025 года граждане Узбекистана, Таджикистана и Киргизии суммарно совершили более 2,3 млн, а за такой же период 2026-го – около 1,9 млн. С этими государствами Россия заключила соглашение о безвизовом режиме. Граждане первых двух, чтобы работать здесь, должны оформить патент, выдаваемый на срок до одного года. Гражданам Киргизии, которая входит в Евразийский экономический союз, такой документ не нужен, — вполне достаточно трудового договора и договора гражданско-правового характера (ГПХ).
За шесть месяцев число лиц, въехавших с целью «работа» из Узбекистана, сократилось на 13,2% (до 1,1 млн человек), из Таджикистана – на 17,9% (до 494 тысяч), из Киргизии – на 16,7% (до 289 тысяч). И причин тут целый комплекс. Среди них — ужесточение российской миграционной политики, удорожание стоимости патентов, перелетов и аренды жилья, необходимость прохождения медосмотров. Кроме того, происходит выравнивание рынков труда в центральноазиатских республиках и в РФ, причем относится это к любым квалифицированным специалистов. Например, врачей, вполне востребованных и неплохо зарабатывающих у себя на родине.
«Трудовые мигранты к нам едут далеко не только из Узбекистана, Таджикистана и Киргизии, и чтобы иметь всю полноту картины, необходимо располагать информацией относительно всех зарубежных источников рабочей силы, — говорит директор Центра исследований социальной экономики Алексей Зубец. – Например, ритейлеры централизованно завозят на свои объекты индийцев. Недавно я своими глазами увидел, как в крупном продуктовом маркете моет полы работница из Индии. В целом же, на сегодняшний день в России востребованы в основном квалифицированные специалисты, и лишь в последнюю очередь – работяги, способные ворочать мешки на стройке. У нас ищут сварщиков, слесарей, мастеров-отделочников… Основная масса приезжих из центральноазиатских стран этим профессиям не обучена».
Зато носителей этих навыков хватает в Индии, в Бангладеш, в Северной Корее. Там можно набрать очень толковый персонал для машиностроительных заводов. Кроме того, рассуждает Зубец, у нас налаживаются контакты с Ираном: в Россию прибывает иранская молодежь для учебы в ВУЗах и, вероятно, последующей работы на территории в РФ по специальности. Что касается трудовых мигрантов из Таджикистана и Узбекистана, внутренняя потребность в них объективно снижается, поскольку строительный сектор (в котором они в основном и заняты) в упадке: в стране гигантское перепроизводство жилой недвижимости, проекты сворачиваются, и крупные девелоперы, соответственно, сокращают набор людей.
«Сокращение на 15% количества въездов в Россию граждан трех центральноазиатских стран с целью работы связано, прежде всего, с планомерной трансформацией и обелением миграционной политики, — говорит президент Ассоциации экспортеров и импортеров Артур Леер. — Ключевыми факторами здесь выступают активное внедрение цифровых сервисов, интеграция ведомственных баз данных и усиление инструментов контроля. Нормативно-правовая база и механизмы администрирования стали значительно более прозрачными, что лишило возможности осуществлять деятельность той категории иностранцев, которая ранее пользовалась уловками и недоработками в законодательстве».
Что же касается разговоров о якобы тотальном перетоке центральноазиатских работников с российского рынка труда на рынки Южной Кореи, Китая, государств Ближнего Востока и Евросоюза, то профессор Зубец считает их домыслами. По его словам, режим отбора и пребывания иностранных специалистов на территории Южной Кореи, к примеру, намного более жесткий чем в России. И хотя оплата труда выше раза в два-три, закрепиться там надолго крайне сложно: можно легко «вылететь» за любую микроскопическую оплошность. Так что ни о каком массовом интересе со стороны граждан Таджикистана, Узбекистана и Киргизии к этому и другим рынкам Юго-Восточной Азии, впрочем, как и Европы и Ближнего Востока, речи нет. Своих сложностей и барьеров хватает везде.