В Польше разыгрался нешуточный скандал, который вызвал публичные требования отставок, а также тяжкие обвинения в адрес замминистра обороны. Все случилось из-за того, что замминистра Павел Залевский  после довольно успешных переговоров со своим американским коллегой Элбриджем Колби в разговоре с журналистами как-то по инерции сообщил: «Хочу сказать очень четко и открыто: Польша не хочет иметь ядерные боеголовки на своей территории».  Взрыв, который  после этого случился в Варшаве, был слабее термоядерного, но все равно громкий. 

© Peerapon Boonyakia/ Keystone Press Agency/Global Look Press

Получить на свою территорию ядерное оружие — это святое. Для многих политиков это даже не идеологема, а искренняя мечта. Последнее, кстати, верно и для президента Кароля Навроцкого. В общем, на фоне содеянного Залевским, никто уже особо не вспоминал, что он провел переговоры по другому идеологически и психологически важному для Варшавы вопросу — размещению американских войск, что после ужасной фразы оговорил важность участия Польши в натовской программе ядерного сдерживания и т.д. 

В общем, начались публичные предположения насчет того, что замглавы МО не ведает китов, на которых зиждется твердь польской внешней политики, а руководитель внешнеполитического отдела администрации президента Марцин Пшидащ даже заявил в телеэфире: «Думаю, господин Залевский действительно нанес настолько большой ущерб польской внешней политике, польской политике безопасности, что премьер Туск и господин Косиняк-Камыш (глава Минобороны — авт.) должны обдумать роль господина Залевского в дальнейшей работе этого правительства».  

Тем временем Косиняк-Камыш, хорошо все обдумав, отправился в популярную соцсеть и опроверг там все что можно и даже чуть больше из сказанного своим замом. Однако, учитывая разрушительный потенциал брошенных слов, обдумывал он свое опровержение очень небыстро. Не пару часов. А премьер Туск, похоже, и вообще спрятался, избегая отравленных стрел из лагеря политических оппонентов.

В общем, в то, что замминистра не знает чего-то о главных идеологемах страны, не верится совсем. И вероятное объяснение сбоя — скорее впечатления от разговора с Элбриджем Колби, которые на время изменили когнитивную рамку Залевского. То есть окунули его в реальность, какой ее видят в Пентагоне.

О том, крылась ли причина скандала в неуместных словах, или в том, что что-то в отношениях США и Польши начало всерьез меняться, «МК» спросил у Олега Неменского, руководителя Центра исторической политики Российского института стратегических исследований.

— Это было некое рассогласование, ошибка в Минобороны? Или это свидетельство того, что американцы сменили некие подходы к основополагающему вопросу и пытаются адаптировать Варшаву к новому положению вещей?  

— Думаю, тут есть просто несогласование по реакции на позицию Америки. Позиция Америки периодически меняется. И польское руководство иногда оказывается в полной растерянности насчет того, как реагировать на те или иные сигналы из Вашингтона.

В целом Польша уже много лет настаивала на том, что хочет иметь на своей территории ядерное оружие, и пропагандой это было представлено как наилучшая защита от нападения России.  Якобы Россия испугается этого оружия и поэтому не станет нападать. И надо сказать, что это в целом в традиции польской внешней политики: каждый год её руководство кем бы оно ни было представлено, спасает страну от очередного нападения России. И к концу года, где-то под Новый год, радостно рапортуют, что это благодаря сильными действиям Варшавы Москва не решилась напасть и что это большая историческая победа Польши. 

Для того чтобы лучше запугивать Москвой и предлагать избирателям, запуганным перспективой российской агрессии, какую-то успешную политику по их защите, лучшим вариантом считалось размещение ядерного оружия. Но тут, очевидно, оказалось, что это не входит в планы Соединённых Штатов. Поэтому, очевидно, и произошло рассогласование реакции между различными должностными лицами.

Тут ведь можно реагировать как? Можно, с одной стороны, сказать, что мы не хотим, это противоречит нашим интересам — ведь тогда русские направят на нас свои ракеты. Но, с другой стороны, мы можем ведь реагировать так, что мы-то хотели, а вот американцы из-за Трампа нас подвели, и что это не наша вина — мы же не можем контролировать то, что делает Америка, да? Можно реагировать и так, и так, тем более что речь идёт, в общем-то, о том, как представить это широкой публики. То есть, в первую очередь, задачи носят пропагандистский характер.

Ну, вот, очевидно, вначале решили реагировать так, а потом иначе. Тут, наверное, решение принимается премьер-министром Туском по единой линии реагирования, но произошла некоторая задержка с этим решением, вот и случилось рассогласование.

— То есть может ли эта ситуация говорить в пользу того, что американцами была представлена не совсем та позиция, которой ожидали бы в Варшаве?

— Никаких поводов радикально изменять своим прежним обещаниям, своим прежним заявлениям о желании разместить на территории страны ядерное оружие у Варшавы не было, за исключением, очевидно, той позиции Америки, с которой просто приходится соглашаться как с данностью.

Тут вряд ли какие-то перемены, собственно, внутри Варшавы. Скорее это перемены для Варшавы внешние, а она, так или иначе, постарается реагировать.