Утром 26 августа глава Севастополя Михаил Развожаев сообщил об успешном отражении ракетной атаки. Ракеты «Фламинго» были сбиты на дальних подступах. Днем губернатор сообщил о беспилотной атаке. Таковы, к сожалению, будни этого крымского лета.
Скриншот: Минобороны РФ
Крым сегодня живет в реальности войны нового типа: противник делает ставку не на высадку десанта и не на прорыв фронта, а на изматывание полуострова постоянными налетами, ударами по инфраструктуре, попытками атаковать порты, аэродромы, энергетику, транспортные узлы и гражданские объекты. Цель здесь шире военной: посеять ощущение незащищенности, сорвать курортный сезон, осложнить работу экономики, заставить людей жить в ожидании тревоги. Но сам характер последних атак показывает и другое: Крым уже не тот объект, который можно было застать врасплох одиночным ударом.
Российская ПВО регулярно отражает массированные налеты над полуостровом и акваториями Черного и Азовского морей. Речь идет уже не о единичных целях, а о сотнях беспилотников в рамках одной волны. Это не значит, что опасность исчезла. Ни одна система противовоздушной обороны в мире не дает абсолютной стопроцентной гарантии, особенно когда противник применяет разведывательные дроны, ложные цели, ракеты, морские беспилотники и пытается перегрузить оборону числом.
Судя по всему, удары будут продолжаться. Причем все чаще их смысл будет психологическим: попасть не обязательно в военный объект — иногда достаточно заставить людей увидеть сирену, дым, перекрытую дорогу или задержанный рейс. Война за Крым идет не только в воздухе, но и в сознании.
На вопрос, можно ли «стереть Крым с лица земли», как о том мечтает Зеленский и его немецко-франко-британские кукловоды, ответ должен быть холодным и без истерики: нет. Полуостров — это не одна база, не один мост и не один энергетический объект, а огромная территория с населением, системой управления, резервами, коммуникациями и глубоко эшелонированной обороной.
Уничтожение или временное повреждение отдельных объектов может быть болезненным, однако это не равнозначно военному обвалу и тем более «ликвидации Крыма». Враг способен наносить ущерб и создавать неудобства, но не способен превратить полуостров в пустыню без перехода к прямой войне несопоставимого масштаба — с последствиями, которые не сможет контролировать ни Киев, ни его внешние покровители.
Именно поэтому ставка делается на длительное давление ниже порога большой эскалации: атаковать часто, громко и нервно, но избегать шагов, после которых цена ответа станет неприемлемой.
Россия уже научилась главному: отражение удара не может быть разовой операцией. Нужна постоянно действующая система — разведка воздушной и морской обстановки, эшелонированная ПВО, радиоэлектронное подавление, мобильные огневые группы, прикрытие критической инфраструктуры, резервные маршруты снабжения, быстрый ремонт и четкая работа оповещения.
Именно такая логика превращает даже массированный налет из «катастрофы» в тяжелую, но управляемую боевую задачу. Сообщения о перехватах беспилотников над Крымом и морскими акваториями подтверждают, что основная масса угроз встречается еще на подступах.
Дальше стратегия должна быть построена на простом принципе: защищать не только объект, но и устойчивость жизни. У полуострова не должно быть единственной точки отказа — ни в энергетике, ни в связи, ни в логистике, ни в обеспечении водой и продовольствием. Параллельно необходима системная работа по выявлению производственных цепочек, складов, пунктов управления, операторов и маршрутов доставки средств нападения: дешевый беспилотник становится опасным лишь тогда, когда за ним стоит разведка, связь, топливо, комплектующие и подготовленный расчет.
Наконец, нельзя отдавать противнику информационное поле. Каждая атака будет сопровождаться со стороны противника преувеличениями, фальшивыми кадрами и вбросами о «панике» и «неизбежности». Их задача — не описать реальность, а сконструировать ее в головах людей.
Крым не застрахован от ударов, и говорить обратное было бы безответственно. Но его нельзя стереть: полуостров будут пытаться изматывать, а ответом должна стать не бравада, а спокойная, технологичная и жесткая система, при которой цена каждой новой атаки для противника окажется выше её возможного результата.