«Отмена права вето по ключевым вопросам Европейского союза была бы началом конца союза», — заявил премьер-министр Словакии Роберт Фицо. Впрочем, мнение это разделяют в ЕС далеко не все. Существует и прямо противоположная позиция: сохранение принципа единогласия ведет к распаду Евросоюза. В общем, дискуссия обещает быть жесткой.
© IMAGO/dts Nachrichtenagentur/ www.imago-images.de/ Global Look Press
Заявление Фицо появилось не на пустом месте. Оно было размещено в аккаунте словацкого премьера в социальной сети вскоре после его встречи с Мартой Кос, европейским комиссаром по вопросам расширения Евросоюза. На встрече, по словам Фицо, «обсуждался вопрос сохранения права вето, закрепленного в соглашениях ЕС».
Как можно понять из слов Фицо, это было одной из главных обсуждавшихся на встрече тем. Если не самой главной. И судя по тону высказывания, его собеседница отстаивала совершенно иную точку зрения. Словом, есть основания полагать, что правительство Евросоюза, Европейская комиссия, одним из 27 членов которой является Кос, приступила к подготовке почвы для реформы ЕС. Начав с самых неудобий, с наименее «послушных» евросоюзников.
Главным же локомотивом реформы является на сегодняшний день Германия. Выступая 6 мая в Берлине на XIII Конференции имени Аденауэра, глава МИД ФРГ Йоханн Вадефуль представил план реформирования ЕС, состоящий из шести пунктов. Кстати, название у конференции весьма говорящее: «Смело формировать будущее Европы».
И план действительно достаточно смелый. Ключевые пункты таковы: «Во-первых, мы хотели бы добиться большего в Брюсселе за счет «усиленного сотрудничества». Это означает, что по тем политическим вопросам, по которым мы вряд ли способны добиться прогресса с участием всех 27 стран-членов, мы могли бы продвигаться вперед меньшими группами… Мы собираемся распространить этот принцип на общую внешнюю политику и политику безопасности…
Скажу предельно ясно: в вопросах безопасности принцип единогласия может привести нас в крайне опасную ситуацию. Ведь речь идет о жизни и смерти! Мы ежедневно становимся свидетелями этого в Украине… В рамках Общей внешней политики и политики безопасности Европа регулярно спотыкается об устаревшую архитектуру. Это подводит меня ко второму пункту: принятию решений квалифицированным большинством…
В рамках ЕС Германия хочет перемен и преобразований. Для этого Брюсселю нужно будет ускориться… Если я, как государство-член, не согласен с предложением, то в сообществе из 27 государств ответом не может быть: «Тогда я просто его заблокирую»… Нам в Европе необходимо уметь быстро принимать решения и добиваться конкретных результатов».
По словам Вадефуля к этой инициативе присоединились уже 12 государств-членов ЕС. Ну а с Еврокомиссией Берлин давно на одной волне. Не лишним будет напомнить, что глава европравительства, Урсула фон дер Ляйен, до своего переезда в Брюссель трудилась на посту главы Минобороны Германии. Кстати, и словенка Марта Кос от той яблоньки упала не слишком далеко: с Германией связана, можно сказать, неразрывными узами.
В начале 1990-х Кос в качестве журналистки работала в Германии на радиостанции «Немецкая волна» (организация признана в РФ иностранным агентом). В 2013-2017 годах — посол Словении в Германии. В 2019 году награждена Большим крестом заслуг ордена «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия». В общем, тоже далеко не чужой для Берлина человек.
Однако ее страна, Словения, взгляды нынешнего немецкого руководства на будущее Евросоюза, насколько известно, абсолютно не разделяет. Как и Словакия, как и большинство других небольших стран, входящих в ЕС. С утратой права вето европейские «карлики» боятся полностью потерять суверенитет, оказаться под железной пятой «еврогулливеров», прежде всего великана номер один — Германии. И никакие уговоры на них пока, как видим, не действуют.
Между тем в Берлине спешат. Очень спешат. Темпы, во-первых, задает геополитическая обстановка, прежде всего — обостряющийся конфликт с Россией, который, как считается, в обозримой перспективе из холодной фазы может перерасти в горячую. Немалую лепту в нервозность вносит и увеличивающийся раздрай Европы и Германии с Соединенными Штатами.
Во-вторых, рулевые германской политической машины хотят успеть реформировать ЕС, пока во главе Еврокомиссии находится их ставленница фон дер Ляйен: срок ее полномочий заканчивается в 2029 году.
В-третьих, растет угроза прихода к власти в ключевых странах Евросоюза, в том числе и в Германии, правых популистов, у которых совсем иное отношение к теме евроинтеграции. Скажем, «Альтернатива для Германии», самая популярная сегодня партия в Федеративной Республике, призывает к выходу из ЕС.
В общем, времени впритык. А задача кажется неподъемной. Ведь если исходить из действующего механизма принятия решений в Евросоюзе, то для отмены права вето нужно, чтобы ни одна из стран-участниц не наложила на это вето, а сегодня такой сценарий выглядит совершенно фантастическим. Хотя нельзя полностью исключать, что у еврореформаторов есть какой-то альтернативный план «Б», позволяющий обойтись без долгих уговоров.
По сути, речь идет о превращении конгломерата государств в супергосударство, «мягкую империю». Апологеты идеи нередко называют этот Евросоюз будущего «Соединенными Штатами Европы», критики же клеймят как «четвертый рейх». Но пока ЕС сильно напоминает рейх первый, Священную римскую империю германской нации — объединение европейских стран под управлением германских императоров.
Империя, родившаяся в 962 году, и в лучшие свои, младые лета была не слишком единой. По мере ее взросления децентрализация все более усиливалась, что в конце концов привело к полному распаду. Случилось это 220 лет назад, 6 августа 1806 года: в этот день император Франц II, последний монарх Священной римской империи, отрекся от трона и титула и освободил все государства-субъекты и всех должностных лиц от присяги верности и всех связанных с распавшейся империей обязательств.
В общем, выбор у Евросоюза невелик — повторить судьбу первого рейха или стать четвертым. Что бы это ни значило.