Правительство вернулось к рассмотрению законопроекта, разработанного Минюстом еще в 2024 году и предполагающего введение отсрочки в один год на передачу долгов физлиц в работу судебным приставам. Инициатива вызывает немало вопросов, в частности, её критики указывают на потенциальные негативные эффекты для всех сторон: кредиторы в лице банков и МФО получат рост операционных расходов, а заемщики — более дорогие займы и меньшую вероятность их одобрения.
Фото: ФССП России
Долги по кредитам россиян за последний год заметно выросли и вопрос об их взыскании становится все более актуальным. Законодательством РФ предусмотрено несколько способов принудительно взыскивать задолженность с граждан: через суд, судебные приказы или исполнительные надписи от нотариусов. Все они предполагают участие Федеральной службы судебных приставов (ФССП). На первом этапе кредитор или коллектор обращается к приставам с исполнительным документом, и те возбуждают исполнительное производство. В рамках которого могут списывать деньги с банковских счетов должника, разыскивать и арестовывать имущество.
Как следует из предложенных Минюстом поправок, профессиональные взыскатели смогут предъявлять в ФССП исполнительные документы не ранее чем через год с момента возникновения просроченной задолженности или продажи проблемного долга. В пояснительной записке к законопроекту сказано, что кредиторы и коллекторы не применяют досудебные методы сбора долгов, а «используют для получения прибыли ресурсы и полномочия органов принудительного исполнения». То есть, получается, мухлюют и незаконно обогащаются за счет должников. Ещё один аргумент Минюста – отсрочка позволит снизить нагрузку на систему судебных приставов.
С жесткой критикой инициативы уже выступили две профильные организации — Национальный совет финансового рынка (НСФР) и Национальная ассоциация профессиональных коллекторских агентств (НАПКА). В письме НСФР, направленном вице-премьеру Дмитрию Григоренко, говорится, что поправки направлены «исключительно на поражение в правах добросовестных кредиторов без каких-либо негативных последствий для недобросовестных должников». А предлагаемая отсрочка в один год до фактического взыскания названа неконституционной.
Между тем, по данным ФССП, в 2025 году на исполнении у судебных приставов находилось 34,8 млн дел в отношении долгов граждан по кредитам и займам, на 3,95 трлн рублей. За год было возбуждено 19,8 млн исполнительных производств на 1,87 трлн рублей, а в период с января по май 2026-го – еще 7,3 млн, почти на 700 млрд рублей.
«Мотивы Минюста мне не вполне понятны, — говорит директор Центра исследований социальной экономики Алексей Зубец. – Возможно, государство опасается волны банкротств физлиц, поскольку, по данным ЦБ, россияне задолжали по кредитам банков и микрофинансовых организаций более 45 трлн рублей. Отчасти это связано с задержками по зарплате в ряде секторов, например, в строительстве. С другой стороны, доля плохих долгов (с просрочкой более 90 дней) в общем портфеле по-прежнему невелика – около 1,65 трлн рублей, а с платежеспособностью населения особых проблем нет, в силу продолжающегося роста реальных доходов. Вот в экономике, в промышленности ситуация с корпоративными неплатежами значительно хуже: только за год просроченные обязательства компаний выросли почти на 20% и достигли рекордных 7 трлн рублей».
В конечном итоге мера приведет к тому, что банки и МФО перестанут кредитовать заемщиков из «группы риска» от слова совсем, считает эксперт. И тут сложно сказать, оздоровит ли это финансовую систему в целом или создаст для неё дополнительную головную боль. В общем, классическая палка о двух концах. Очевидно, что кредитным структурам придется наращивать объемы резервирования по ссудной задолженности, что окажет давление на их капитал, и, соответственно, отразится на ставках выдаваемых кредитов. Проблема также в том, что существует категория заведомо недобросовестных заемщиков, которые берут кредиты с четким намерением их не возвращать. И вот таким темным личностям законопроект развязывает руки еще больше, предоставляя им дополнительный инструмент для ухода от обязательств.
«Целью данной инициативы в Минюсте называют снижение нагрузки на систему исполнительного производства, — говорит директор по правовым вопросам финансового маркетплейса «Сравни». — Но, судя по всему, нагрузка просто будет отложена на год. Эффект от таких регуляторных изменений, может оказаться негативным для всех сторон: кредиторы получат рост операционных расходов, а заемщики — более дорогие займы и меньшую вероятность одобрения».