Пока Эстония громко заявляет о запрете транзита российского зерна, Латвия и Литва тянут с аналогичными мерами. Официальная причина — необходимость согласования на уровне Брюсселя. Реальная, как объяснил «МК» руководитель Группы комплексных исследований Балтийского региона ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский, куда прозаичнее: прибалтийские порты зарабатывают на российском транзите, а их экономика находится в слишком плохом состоянии, чтобы отказываться от этих денег.

Фото: Сергей Иванов

— Если решение о запрете транзита принимается на уровне Брюсселя, насколько эффективны односторонние меры отдельных стран Балтии? Могут ли они реально повлиять на поставки?

-Для того чтобы решение было принято, оно должно быть согласовано всеми странами Евросоюза. По целому ряду вопросов европейские страны подошли к пределу возможности ввода новых санкций. Что касается транспортировки зерна, то это вопрос, который является крайне важным для выживания прибалтийских портов. Некоторые из них чувствуют себя определённо лучше по сравнению с другими, например порт Клайпеда в Литве. Эстонские и латвийские порты чувствуют себя гораздо хуже.

Если мы говорим о Латвии, то сейчас наблюдается серьёзное увеличение транзита российского зерна через латвийские порты. Показатели этого года превышают показатели прошлого почти в три раза. Для латвийских транспортников-портовиков это является не спасением, но по крайней мере частичным решением проблем, связанных с убытками.

Закон, позволяющий увеличить стоимость транзита, был принят ещё в сентябре, но пересчёт затягивали. В итоге сборы увеличили на 25% — это был экономико-политический компромисс, который на практике почти незаметен.

Пока что говорить о всеобщем запрете транзита российского зерна рано. Латвия занимает ещё не совсем понятную позицию. С одной стороны, она размышляет о полном отказе, но тут сразу возникают большие претензии к такому решению со стороны латвийского бизнеса. Пойдёт ли на такой шаг правительство? В Латвии совсем недавно были выборы в парламент — новое правительство ещё не сложилось. Никто не будет педалировать ужесточение подходов, пока новая коалиция ещё не сформировалась. В будущем можем ожидать более очевидные решения с их стороны.

-Российское зерно официально не под санкциями ЕС, чтобы не провоцировать продовольственный кризис. Но Эстония уже запретила транзит, а Латвия и Литва готовят аналогичные меры. Как это сочетается с общей позицией Брюсселя? Есть ли здесь риск юридических конфликтов внутри ЕС?

-Общая позиция Брюсселя — это то, что озвучивает Еврокомиссия, а конкретно Кая Каллас и Урсула фон дер Ляйен. Эта позиция по своей сути не обязательна ни для кого, пока нет соответствующего санкционного решения. Теоретически можно рассуждать, что могут быть случаи проведения национальных запретов, но и они могут быть оспорены в судах. Сама история должна быть юридически подготовлена, но на данный момент этого не произошло.

Что касается Эстонии, то её меры были достаточно формальными — транзит зерна через эстонские порты и так практически не шёл.

-Латвия говорит, что зерно принадлежит её стратегическим партнёрам. Как эта схема работает на практике? Есть ли у стран Балтии реальная возможность отказаться от транзита без серьёзных экономических последствий?

-Нашей стране сейчас приходится пересматривать маршруты транзита зерна, потому что Азовское и Чёрное моря являются зоной рискованного судоходства для российского импортного и экспортного груза. Здесь вопрос лежит только в одной плоскости — будут ли введены общеевропейские запреты или отдельно национальные? Что касается национальных, то запреты должны строго опираться на законодательство. До тех пор, пока не сложилось новое правительство, такие решения не пройдут — кто-то должен взять на себя эту ответственность.

Что касается влияния на латвийскую экономику, то сейчас там и так всё достаточно плохо. Мы, конечно, видим, что сейчас у Латвии рост валового продукта во многом объясняется не качественным улучшением состояния экономики, а увеличением государственных расходов. Достичь роста ВВП очень несложно — надо просто набрать долгов и увеличить госрасходы. И тогда вроде рост есть, а реальных улучшений состояния нет — Латвия находится как раз в этой точке. Есть рост ВВП за счёт военных расходов, есть, например, вариант увеличения пошлин, конкретно под зерно, но это должно быть законодательно отрегулировано — к примеру, новыми железнодорожными тарифами. Но здесь будет проблема столкновения с местными латвийскими транспортниками. Если правительство потребует от них применение заградительных тарифов, то Россия просто будет искать другие способы транзита зерна, более экономически целесообразные, а они вообще ничего не заработают.

Ситуация с транспортом и рентабельностью портов в Латвии остаётся очень плохой, поэтому я не думаю, что они в самом деле стремятся к ограничениям. Есть, конечно же, лоббизм в сторону продолжения бизнеса с Россией, например, Айнарс Шлесерс, бывший министр транспорта и до сих пор очень влиятельный человек для транспортного рынка, так что однозначно говорить о прекращении поставок рано, пока есть возможность заработать.