Страховые пенсии в 2027 году будут индексироваться темпами выше инфляции. Причем в два этапа: сначала с 1 февраля на 6,8% (на уровень инфляции), затем с 1 апреля на 3,3% с учетом роста доходов Социального фонда России. Эти известные и, в общем-то, сугубо технические вещи вновь озвучил глава СФР Сергей Чирков. Но без ответа остается главный вопрос: в какой степени эти плановые меры покроют расходы пожилых людей на неуклонно дорожающие продукты, коммуналку и лекарства?
Фото: Лилия Шарловская
Понятно, что 6,8% — это не окончательная цифра, а предварительная оценка Минэкономразвития, заложенная в проект бюджета СФР на 2027 год. Поскольку документ формируется заранее (осенью), правительство обязано опираться на официальный прогноз инфляции за предыдущий, 2026 год. Росстат подведет итоги по инфляции только в январе, и если она окажется выше 6,8%, плановое значение февральской индексации страховых пенсий увеличат до фактического уровня.
Что касается второго, апрельского этапа, речь идет о дополнительном ресурсе бюджета СФР. Его аналитика фонда оценили именно в 3,3%, рассчитав потенциальную разницу между ростом потребительских цен и ростом доходов СФР, который обусловлен в основном динамикой страховых взносов. Если объем поступивших взносов опередит инфляцию, то «излишек» прироста СФР будет перераспределен среди пенсионеров с 1 апреля. Но вероятность этого не стопроцентная.
Чисто математически суммарное (на 10,32%) повышение пенсий должно опередить общую официальную инфляцию. С другой стороны, фактические повседневные траты среднестатистического пенсионера растут существенно быстрее неё. Более 80-85% его бюджета приходится всего на три базовые категории: питание (50-60% доходов), ЖКХ (около 15-20%), лекарства и медицинские товары (10-15%). Тогда как средняя потребительская корзина, по которой Росстат считает общую инфляцию, включает сотни наименований — от электроники и автомобилей до турпоездок и стройматериалов.
Кроме того, пенсионеры сталкиваются с ростом цен на продукты и коммуналку «здесь и сейчас» на протяжении всего года, а корректировка выплат происходит по его итогам или с шагом в несколько месяцев. Из-за этого покупательная способность пенсий временно проседает до момента очередной индексации.
«Продовольственная инфляция у нас порядка 10% (чего стоят одни только огурцы по 500 рублей за килограмм), тарифы ЖКХ выросли в октябре более чем на 10%, цены на лекарства тоже сильно повысились, а общая инфляция по итогам года вполне способна преодолеть отметку в 10%, — рассуждает директор Центра исследований социальной экономики Алексей Зубец. — И что-то мне подсказывает, что двойной индексации в 2027 году в 10,32% не хватит, чтобы возместить пенсионерам рост трат на товары и услуги первой необходимости. В реальных цифрах их платежеспособность будет и дальше снижаться, речь идет лишь о формальной компенсации уже состоявшегося удорожания жизни. В итоге в России не решается одна из базовых задач социально-экономического развития — индексация пенсий выше фактической инфляции».
По словам ведущего научного сотрудника ИНИОН РАН Сергея Смирнова, доходы СФР вполне могут сократиться в силу самых разных обстоятельств — и в номинальном, и в реальном исчислении. Соответственно, никакой дополнительной прибавки на 3,3% в апреле может и не быть. Кроме того, и это принципиальный момент, плановое февральское повышение выплат происходит задним числом, по факту общей годовой инфляции, определяемой Росстатом в январе. Государство как бы пытается погасить свой долг перед пенсионерами за прошлый год, вместо того, чтобы провести упреждающую индексацию. Между тем 1 января 2027-го пожилые люди наверняка столкнутся с иным порядком потребительских цен, и им придется ждать компенсации от властей ещё целый год. К сожалению, такова буква федерального закона, ничего тут не поделаешь.
«Учитывая значительное (от 8% до 22% в зависимости от региона) — повышение коммунальных тарифов с 1 октября, на месте чиновников я бы был поосторожнее в высказываниях. В частности, с цифрой 6,8%, — говорит Смирнов. — Кстати, недаром спикер Госдумы господин Володин призвал региональных руководителей обосновать свои волюнтаристские решения в сфере оплаты услуг ЖКХ. И я абсолютно не уверен, что та часть российских стариков, которым правительство доводит пенсии до уровня прожиточного минимума пенсионера, начинают жить заметно лучше».