Эскалация напряжённости в отношениях между странами G7 («большой семёрки») и Россией неуклонно нарастает и постепенно переходит в стадию, когда любое импульсивное движение может привести к необратимым последствиям. О каких именно последствиях идёт речь и есть ли выход из создавшегося тупика? На эти вопросы отвечает доктор наук, заведующий кафедрой философии Крымского федерального университета им. В.И. Вернадского Олег Шевченко.
© Daniel Torok/White House/Keystone Press Agency/ Global Look Press
По его мнению, у G7 есть два возможных сценария развития событий: мирный (усиление давления на Россию и другие непокорные «омерзительной семёрке» страны посредством так называемой «мягкой силы») и военный, предусматривающий затяжной вооружённый конфликт с использованием исключительно конвенционных средств поражения. Но где гарантии, что «конвенционная» война не перерастёт в ядерную? Ведь проигрывающая сторона вряд ли сможет удержаться от применения «аргумента Судного дня»?
— Вероятность применения стратегического ядерного оружия (термоядерных боеприпасов. – «МК») нашими противниками, да и нами тоже, крайне низка, – считает Олег Шевченко. – Его, конечно, могут применить, но только в том случае, когда на кону будет стоять будущее так называемых элит или гибель дорогой для этих элит части человеческой цивилизации. Современные войны между игроками со стратегическим ядерным арсеналом до такой стадии не доводят. Иной вопрос – нанесение тактических ядерных ударов с целью решения оперативных задач, или для информационно-психологического воздействия на население противника. И вероятность вот такого варианта применения ядерного оружия считаю весьма высокой.
— Допустим, что дело всё-таки не дойдёт до использования по назначению ядерных боеприпасов, даже тактических. Насколько велики шансы объединённой Европы одержать над нами победу в так называемой «конвенционной» войне, без прямого участия в ней США? Ведь лидеры европейских стран и функционеры ЕС уже в открытую говорят о сроках начала такой войны, например, 2030-й год, и всерьёз рассчитывают победить в ней. На чём строятся их расчёты?
— Прежде всего хочу сказать, что никогда нельзя противника недооценивать. Шапкозакидательство до добра не доводит. Примеров тому – масса. А в нашем случае Россия будет иметь дело с очень сильным противником. Даже при гипотетическом условии, что США останутся от европейского конфликта в стороне, как они пытались поступить в начале обеих Мировых войн, хотя в итоге всё-таки приняли в них обеих участие. Но речь не о США.
В очередной раз объединившаяся против России Европа сделает ставку на серьёзный первый удар по профессиональной, кадровой армии с одновременным разложением тылов по двум направлениям. Первое – этно-национальное. Я имею ввиду национализм самого радикального характера. Второе – подрыв доверия населения к органам центральной и местной власти и элите как таковой (политической, финансовой, культурной, религиозной).
Без уверенности в том, что тыл раскачан и готов вот-вот обрушиться, удар по армии будет в стратегическом плане малоэффективным. Вероятно, перед началом конфликта и в его первой, вялотекущей фазе, противник может ограничиться заигрыванием с молодежью, как уязвимым сегментом любого общества. Всё это вполне возможно осуществить и без участия США, а целый ряд информационно-психологических диверсий в отношении России показывает, что работа уже ведётся, причём ведётся очень углублённо, системно и целенаправленно. Эпидемия подростков-стрелков в школах – одно из видимых проявлений этой диверсионной работы.
— В прошлый раз вы говорили о том, что НАТО и G7 необходимо противопоставить объединение в примерном формате БРИКС, сцементированное не только в экономический, но и в настоящий военный союз, условное анти-НАТО. Это позволит удержать человечество над пропастью и избежать Третьей мировой войны?
— Одного только военного блока анти-НАТО, конечно, не достаточно. Необходима связка «анти-НАТО» плюс «анти-доллар» плюс «анти-американская мечта». То есть, свой военно-политический союз, своя международная валюта, и некая общая идея-мечта, объединяющая очень разные по менталитету народы Евразии, Африки и Южной Америки.
Политики могут сформировать военно-политический альянс, экономисты создать валюту, а вот выработка мечты — это хлеб философов в последние две с половиной тысячи лет. Без этого понимания мы обречены иметь ситуативных партнеров, таких, как некоторые державы, обещающие нам стратегический союз, но параллельно поставляющие дроны нашим врагам. И эти дроны, произведённые в стране-союзнике, наносят удары по мирным российским городам.
— Ну, и поводу того, что «омерзительная семёрка» предпочла на последнем саммите движение не по пути «мягкой силы», а по пути прямой военной конфронтации. На фоне поражения в авантюре с Ираном такой выбор выглядит довольно странно. Или с Ираном ничего ещё не закончено, и после передышки США и Израиль попытаются Иран всё-таки добить?
— Это маневренная политика опытных игроков: уткнулись, уперлись в стену – оттянули назад свои ресурсы и перенаправили их в другое место. Ткнулись там, и, если удалось прорваться, – сразу закрепились, начали расширять сферу контроля. Иран, Куба, Венесуэла, Гренландия, Северный Ледовитый океан, Тайвань, Украина, Белоруссия, Каспийский регион – всё это точки уязвимости, их, как видите, много. Неудача в одной не означает поражения всюду. Так они и ведут свою грязную игру.