Министр обороны России Андрей Белоусов в рамках рабочего визита в Китай провел переговоры с заместителем председателя Центрального военного совета КНР генерал-полковником Чжан Шэнминем. Комментируя это важное событие, ведущий научный сотрудник Центра экономической и социальной истории Президентской академии Даниил Шульга, специализирующийся на прошлом и настоящем Китая, разъяснил важные аспекты взаимоотношений между двумя великими державами.
© Kremlin Pool/via Global Look Press/Global Look Press
В ходе встречи с Чжан Шэнминем Андрей Белоусов констатировал, что «стратегическое партнерство Российской Федерации и Китайской Народной Республики достигло беспрецедентно высокого уровня». В ответ заместитель председателя Центрального военного совета КНР выразил уверенность в дальнейшем развитии дружбы и сотрудничества между вооруженными силами Китая и России.
Несомненно, что на фоне продолжающегося нарастания международной напряжённости встреча руководителей силовых ведомств двух стран имеет очень важное значение. Стоит напомнить о некоторых аспектах взаимоотношений России и Китая в недавнем прошлом, чтобы оценить нынешнее состояние этих взаимоотношений и попытаться оценить их перспективы на ближайшее будущее.
Доктор исторических наук Даниил Шульга, посвятивший изучению Поднебесной не один год, рассказал «МК», что исторический аспект очень важен.
— Военное сотрудничество России и Китая имеет давнюю историю, – напоминает учёный. – Достаточно сказать, что вся китайская танковая отрасль выросла из лицензионной копии Т-54А, производить которую китайцы начали в 1956–1957 годах в городе Баотоу. Первые машины собирали из советских запчастей, и лишь к началу 1960-х КНР смогла полностью освоить изготовление машин внутри страны.
Затем наступил период стремительного охлаждения отношений между двумя крупнейшими соцстранами. Его породили не только уход Сталина из жизни и инициированное Хрущёвым осуждение культа его личности на XX съезде КПСС. Отношения Иосифа Виссарионовича и Мао были куда сложнее популярного образа «учителя и ученика».
Проблемы возникали и в пору Великой Отечественной войны, когда верхушка Компартии Китая допускала язвительные комментарии по поводу сложностей Рабоче-Крестьянской Красной армии в 1941–1942 годах (об этом писали Ван Мин и Пётр Владимиров). Не обошлось без взаимного недоверия и в пору Корейского противостояния.
Так что тезис «Хрущёв поссорил Пекин и Москву» весьма однобокий. Никита Сергеевич укрепил отношения с теми, кто этого хотел – с Югославией и, отчасти, с КНДР. А маоизм и ранее шёл в мировом левом движении «своей тропой». В момент максимального напряжения – в ходе боёв на острове Даманском – китайцы, тем не менее, не упустили возможность перенять опыт «советских ревизионистов». Ими был захвачен повреждённый Т-62 с гладкоствольной пушкой. Из этого постепенно вырастут китайский «Тип 69» (весьма сырой) и куда более удачный «Тип 79».
— Да, проблемы во взаимоотношениях на определённом этапе были чрезвычайно острыми. Многие читатели старших поколений об этом хорошо помнят. Но ведь в последние десятилетия всё движется совсем по-иному сценарию. Что послужило причиной нового сближения между двумя странами?
— Постепенно в Китае возобладал курс прагматиков. Международные отношения Пекин теперь строил более предсказуемо. После завершения наших «лихих 90-х» военное сотрудничество вышло на очень солидный уровень. В 2004 году на КНР приходилась почти половина российского военного экспорта, в денежном выражении – $2,8 млрд в год.
Сейчас многие данные о военных поставках из нашей страны засекречены (по вполне объяснимым причинам). Но есть оценки, что за последние пять лет, на Китай приходится 13% российского экспорта вооружений, столько же, сколько на Белоруссию. Для сравнения замечу, что в Индию поставляется раза в три больше, хотя, подчёркиваю это, все приведённые данные являются лишь оценочными и примерными.
Китай за последние 30 лет прошёл путь от «мировой фабрики штанов и дешёвых магнитофонов» до лидера в сфере высоких технологий. Такое усиление вызвало опасения США и их союзников. Сочетание подобных факторов повлияло на военное сотрудничество Москвы и Пекина.
С одной стороны, многое в Поднебесной могут делать сами. Период, когда там 13 лет не могли уверенно скопировать Т-62, прошёл. С другой стороны, РФ и КНР осознают, что в нынешней мир-системе они находятся «в одной лодке». Не столько из-за идеологической или культурной близости, сколько из-за необходимости противостоять режимам «золотого миллиарда». Последние не желают отказываться от гегемонии, что предсказуемо. В ответ «дракон и медведь» постепенно переходят к научно-производственной кооперации — прежде всего по направлениям, где Китай испытывает трудности: ПВО/ПРО и неатомные подводные лодки.
Ещё один крайне важный момент – Народно-освободительная армия Китая (НОАК) уже многие десятилетия не проводила крупных военных операций. Сопоставимых даже с теми, что вели Вооруженные силы РФ в Сирии. Технологическая подкованность у солдат Поднебесной есть. Но как они покажут себя в реальном бою – это пока большой вопрос. Тем более что наиболее вероятный очаг противостояния для Китая – островной Тайвань. А десантная операция – это дополнительные трудности, особенно в условиях роста значения беспилотных летательных аппаратов. Последние уже показали эффективность против кораблей в Ормузском проливе и других местах.
Также надо учитывать, что для КНР крайне важно сохранять рынки сбыта и возможность вести банковские операции с США и ЕС. Потому Пекин действует на международной арене весьма примирительно. Я бы не искал здесь «глубинную мудрость», речь, во многом, о вынужденном сглаживании углов.
Впрочем, Компартия Китая, пусть и не желает «портить жизнь» собственному бизнесу, завязанному с Западом, отлично понимает проблемы своей страны. За правление Си Цзиньпина Китай провёл 45 больших и малых военных учений с участием в них российских Вооружённых сил. Из них около половины – двусторонние российско-китайские учения. Российская Федерация – ключевой партнёр НОАК по числу совместных манёвров за последнее десятилетие. Этот факт исчерпывающе говорит уже сам за себя.