В отношении завербованных украинскими спецслужбами исполнителей терактов на территории России необходимо отменить мораторий на смертную казнь. Так считает руководитель Центрального исполкома Общероссийской организации «Офицеры России» генерал-лейтенант полиции Александр Михайлов. Он прокомментировал «МК» сообщение о том, что ФСБ России предотвратила два крупных теракта в столичном регионе и задержала с поличным двух агентов украинских спецслужб.
Juan Moreno/Keystone Press Agency/Global Look Press
По данным ФСБ, пресечена диверсионно-террористическая деятельность двух выходцев из Закавказья, 35 и 28 лет, завербованных службой безопасности Украины. Один из них по заданию сотрудника СБУ за обещанное денежное вознаграждение прибыл в Россию для подготовки и совершения диверсий и терактов. Он привлек своего знакомого.
В Смоленской и Калужской областях злоумышленники изъяли из тайников FPV-дроны и компоненты самодельных взрывных устройств. Они признались, что должны были подготовить дроны к запуску, запустить и передать управление оператору, который находился на Украине. Целями теракта должны были стать объект электроэнергетики, а также один из ключевых элементов системы противоракетной обороны Москвы.
– Я глубоко убежден, что в условиях практически военного положения – да, мы его не объявляли, но по факту это так и есть, – нам нужно приостановить действие моратория на смертную казнь для агентов иностранных спецслужб, – говорит генерал-лейтенант полиции Александр Михайлов. – Иначе получается, как в дурном анекдоте: лечим сифилис вазелином. Наши органы агентов вычисляют, вытаскивают, отдают под суд, и тот дает им пожизненное заключение. Потом мы кормим, содержим, охраняем, несем расходы. Зачем?
Высшая мера наказания в виде смертной казни – это все-таки очень мощный инструмент. Все преступники думают, что они не попадутся. Они пытаются заработать заработать деньги на злодеянии, но они должны четко знать, что у них конец один – стенка. Это, конечно, не значит, что прям сразу – раз, и всё. Нет, он может долго сидеть, но приговор у него должен быть – смертная казнь.
– Думаете, это поможет снизить базу для вербовщиков?
– Уверен. Противник активно использует наших маргиналов и различного рода отщепенцев в своих интересах. И я должен сказать, что, когда кто-то из завербованных начинает рассказывать, что его «шантажировали», «обманули», «развели», – я в это не верю. Я верю только в одно: человек, который пошел на преступление, хотел заработать деньги на крови невинных людей.
Согласитесь, Федеральная служба безопасности делает очень много. Масса терактов предотвращается. Теперь нам необходимо вернуться к теме, чтобы так же, очень активно работала судебная система в рамках нового, а вернее, старого законодательства. Потому что смертная казнь у нас не отменена. На нее был введен мораторий для того, чтобы мы «интегрировались в евросообщество». Нам сегодня это уже не нужно, мы ни в какое евросообщество интегрироваться не будем и не можем. А взятые на себя обязательства нужно приостановить.
Сегодня по стране ходит огромное количество людей недовольных, маргинальных, с протестами настроениями, которые готовы за три тысячи совершить любое преступление для того, чтобы не только заработать, но и нанести вред своей стране.
– Задержанные террористы собирались запустить дроны, взятые из тайника. Получается, их кто-то туда спрятал?
– Это второй момент. Мы с вами каждое утро из новостей узнаем, сколько беспилотников летело на Москву, другие регионы. Моя точка зрения такова: многие беспилотники собираются и запускаются с нашей территории. И, значит, нам нужно уже вводить какой-то контрразведывательный режим.
В условиях нынешней правоохранительной ситуации, с огромным дефицитом кадров в МВД, когда большие силы правоохранителей привлекаются к обеспечению безопасности в новых регионах, нам сегодня нужно введение очень жесткого контрразведывательного режима.
– В этот раз попались выходцы из Закавказья. Это еще один фактор?
– Знаете, как моряки говорят: надо глядеть не только вперед, а и еще и что за кормой, по бортам. Потому что сегодня, мне кажется, значительная часть диверсантов находится в нашей «мертвой зоне», которой мы просто не видим. Мы смотрим за горизонт, а они вот тут, у нас под боком сидят, в соседнем гараже или в соседнем подвале. Это тоже очень важно. Это опять-таки к вопросу о контрразведывательном режиме, жестких мерах, направленных на выявление таких преступлений на ранней стадии.