В последние годы в мире делается всё больше открытий о вирусной природе заболеваний, которые раньше считались неинфекционными. Например, вирусы уже названы основными причинами нескольких видов рака, ряда сердечно-сосудистых заболеваний, болезней кожи и прочего.

Фото: Наталия Губернаторова

Одно из последних открытий — рассеянный склероз, инвалидизирующее заболевание, поражающее людей в полном расцвете сил, на самом деле является последствием одного из герпес-вирусов, а именно вируса Эпштейна — Барр, носителями которого является львиная доля населения планеты. 

На днях учёные установили, что именно реактивация (пробуждение) этого вируса — главная причина обострений заболевания. Работа на эту тему опубликована в журнале Nature Medicine.

По оценкам врачей, к 40 годам носителями вируса Эпштейна — Барр (ВЭБ) становятся до 97% взрослых. Открыт этот вирус был совсем недавно — в 1964 году английским вирусологом Марком Эпштейном в «содружестве» с его ассистенткой Ивонной Барр. ВЭБ принадлежит к семейству герпесов, его даже называют герпесом четвёртого типа. Передаётся ВЭБ элементарно — с любыми человеческими жидкостями (потом, мокротой, слюной и прочим), а также воздушно-капельным путём. В итоге человек становится вирусоносителем на всю оставшуюся жизнь — вирусы герпеса прячутся в нервных тканях. ДНК вируса сохраняется внутри части B-клеток иммунной системы в виде отдельной кольцевой молекулы. И всё же большинству людей повезёт, и такое «соседство» пройдёт незамеченным. Но у иных оно может обернуться синдромом хронической усталости, злокачественным заболеванием крови или рассеянным склерозом. В последние годы выяснилось, что этот вирус провоцирует ещё и аутоиммунные заболевания. Прежде всего — рассеянный склероз.

Рассеянный склероз — это хроническое заболевание центральной нервной системы, при котором иммунная система повреждает миелин, изолирующую оболочку нервных волокон головного и спинного мозга. Со временем могут повреждаться и сами волокна. В зависимости от расположения очагов болезнь может приводить к ухудшению зрения, онемению, мышечной слабости и спазмам; больным становится сложно держать равновесие и ходить, они быстро утомляются, у них нарушаются память и внимание. Периоды обострения чередуются с ремиссиями, иногда длительными, но в целом ничего хорошего, особенно учитывая, что полностью вылечить рассеянный склероз пока нельзя — хотя современные препараты значительно сокращают число обострений и замедляют нарастание неврологических нарушений.

Долгосрочная связь между ползучей инфекцией ВЭБ и рассеянным склерозом стала очевидной ещё четыре года назад, и за последние годы стало гораздо яснее, как именно расстройства иммунной системы под воздействием этого живущего в лимфоцитах вируса приводят к поражению нервной системы. Сегодня учёные называют рассеянный склероз «пост-Эпштейна — Барровским синдромом». Фактически это долгое эхо последствий инфекции «почти безобидным» вирусом.

Сегодня уже почти нет сомнений, что заражение вирусом Эпштейна — Барр является обязательным условием для развития рассеянного склероза. В крупном исследовании американских военных следы перенесённой инфекции перед дебютом рассеянного склероза были обнаружены у 800 из 801 заболевшего. Вероятнее всего, у единственного пациента, у которого вирус найден не был, тест был ложноотрицательным, либо же человек заразился ВЭБ уже после последнего анализа. А на днях исследователи опубликовали новые данные по динамике обострений болезни в журнале Nature Medicine.

Рассеянный склероз прогрессирует резкими скачками, ослабевая и чуть отступая, иногда на годы, и вдруг внезапно обостряясь. Теперь доказано: за этим стоит пробуждающийся вирус.

«Спящий вирус время от времени частично или полностью просыпается — например, чтобы заразить ещё немного клеток. Заражённые B-клетки начинают производить вирусные белки, а иногда и новые вирусные частицы. Более того, заражённые клетки переходят в аномальный режим работы, усиливая воспаление и активируя другие клетки иммунной системы. И у некоторых людей такая реактивация может нарушить нормальную работу иммунитета и настроить его против собственных тканей», — рассказывает молекулярный биолог Ирина Якутенко.

«Латентные инфекции ВЭБ начинают возвращаться к активности за месяцы до резких обострений рассеянного склероза. Разрастаются популяции аномальных, заражённых вирусом B-лимфоцитов. Запускаются каскады генов, регулируемых вирусом Эпштейна — Барр, и эти гены — хорошо знакомые генетикам факторы наследственной предрасположенности к болезни», — говорит учёный-генетик Дмитрий Прусс.

Но поймать вирус «с поличным» именно в момент начинающейся атаки иммунитета на нервные клетки удалось лишь недавно. Потребовалось 25 лет тщательного наблюдения за тысячами больных рассеянным склерозом, с постоянными неврологическими обследованиями, томографиями и сбором биообразцов, чтобы найти десятки образцов белых кровяных клеток, взятых непосредственно перед обострениями склероза, и отследить в них рост аномальных клеток иммунной системы. И теперь, как отмечает учёный, динамика перехода от пробуждения вируса к повреждению нервной системы стала видна во всей зловещей чёткости.

Но самое любопытное, конечно, почему, если носителями ВЭБ являются почти все взрослые на планете, рассеянный склероз развивается лишь у одного из трех тысяч человек? «Потому что, хотя вирус и является необходимым звеном в цепочке развития рассеянного склероза, он не является достаточным. Для развития рассеянного склероза у человека должны быть определённые генетические варианты, связанные с особенностями работы B-клеток. Именно сочетание этих двух факторов, по всей видимости, необходимо для запуска заболевания. И точно такую же картину мы видим в отношении других аутоиммунных болезней, например системной красной волчанки. Вирус Эпштейна — Барр является триггером и для этого заболевания. И, как и в случае рассеянного склероза, похоже, что без заражения ВЭБ волчанка не развивается или развивается крайне редко», — говорит Якутенко.

Учёные говорят, что создание вакцины от ВЭБ помогло бы избежать огромного количества неприятностей в виде серьёзных хронических заболеваний. Но, увы, пока рабочей вакцины нет — идут исследования. Зато появляются прогрессивные методики для пациентов с уже диагностированными аутоиммунными заболеваниями, например, CAR-T-терапия, в основе которой — введение человеку собственных T-клеток, модифицированных на уничтожение B-клеток.