Сейм готовится убрать из Основного закона ограничение на оружие массового поражения. Пока речь идёт лишь о юридической возможности, но Москва уже предупреждает о последствиях.
Литва приблизилась к отмене одного из наиболее жёстких ограничений в своей системе безопасности. Сейм поддержал предложение исключить из Конституции статью 137, которая запрещает размещать на территории страны оружие массового поражения и иностранные военные базы.
Решение пока не окончательное. 22 сентября после рассмотрения инициативу поддержали 99 депутатов, 13 выступили против, ещё пятеро воздержались. Теперь парламенту предстоят два голосования непосредственно по принятию поправки: первое запланировано на 6 октября, второе, с необходимым трёхмесячным интервалом, на 12 января 2027 года. На каждом этапе потребуется не менее 94 голосов из 141.
Таким образом, ядерное оружие в Литве пока не появляется. Меняется другое: Вильнюс пытается убрать конституционный барьер, который сегодня в принципе исключает возможность его размещения даже в рамках союзнических механизмов НАТО.
Что именно хочет изменить Вильнюс
Статья 137 Конституции Литвы сформулирована так: на территории страны не могут находиться оружие массового поражения и военные базы иностранных государств. Именно эту статью предлагается отменить полностью.
Дискуссия активизировалась весной 2026 года. В мае президент Гитанас Науседа ветировал изменения в закон о Клайпедском порте, поскольку они могли создать возможность для захода в порт кораблей с ядерным оружием. Президент тогда указал, что действующая конституционная норма носит абсолютный характер и не предусматривает исключений. Уже летом позиция литовского руководства изменилась: после встречи с представителями правительства и парламентских фракций Науседа заявил о широком политическом согласии по поводу отмены статьи 137, назвав её устаревшей.
3 июля проект подписали 50 парламентариев. 7 июля Сейм согласился продолжить его рассмотрение: за выступили 89 депутатов, против 11, ещё шестеро воздержались.
Аргумент сторонников поправки сводится к тому, что Литва не должна заранее ограничивать собственное участие в системе коллективного сдерживания НАТО. Представители правящей коалиции также указывают, что подобного конституционного запрета нет у большинства других стран альянса.
При этом отмена статьи сама по себе не означает автоматического размещения ядерных боеприпасов. Для этого потребовались бы отдельные политические решения Литвы и её союзников, а также определение конкретного формата участия страны в ядерной политике НАТО.
Как устроено ядерное сдерживание НАТО
Ядерная политика альянса строится не только вокруг собственных арсеналов США, Великобритании и Франции. В НАТО существует система распределения ядерных функций, в которой отдельные страны предоставляют инфраструктуру, самолёты двойного назначения, силы обеспечения и участвуют в планировании.
Американское ядерное оружие, размещённое в Европе, остаётся под контролем США. Ряд союзников предоставляет сертифицированные самолёты, способные выполнять ядерные задачи, а также участвует в учениях, обеспечении и политических консультациях.
Главной площадкой для обсуждения таких вопросов является Группа ядерного планирования НАТО. В неё входят все государства альянса, кроме Франции, которая сохраняет отдельный национальный механизм принятия решений.
В июне 2026 года участники группы вновь заявили о намерении модернизировать ядерные возможности НАТО и усиливать систему планирования. Сам альянс определяет задачу своих ядерных сил как сохранение мира, предотвращение принуждения и сдерживание агрессии. (НАТО)
Для Литвы отмена статьи 137 прежде всего снимает заранее установленный национальный запрет на участие в возможных будущих решениях такого рода.
Почему Литва особенно чувствительна для России
Главная причина российской реакции связана с географией. Литва граничит одновременно с российской Калининградской областью и Беларусью. Балтийский регион и без того насыщен военной инфраструктурой России и НАТО, поэтому появление любого нового элемента ядерного сдерживания здесь рассматривалось бы обеими сторонами не изолированно, а как часть более широкой системы сил.
Дополнительное значение имеет российско-белорусское военное сотрудничество. Россия ранее разместила тактическое ядерное оружие в Беларуси, сохранив за собой контроль над его применением. В мае 2026 года Москва и Минск провели совместные ядерные учения, во время которых российская сторона сообщила о доставке боеприпасов к полевым хранилищам в Беларуси и тренировке расчётов комплексов «Искандер-М».
Поэтому возможное участие Литвы в ядерной инфраструктуре НАТО прежде всего изменило бы географию существующей системы сдерживания. Речь шла бы о потенциальном новом элементе непосредственно между Калининградской областью и Беларусью.
Как отреагировала Москва
Российские власти выступили против литовской инициативы ещё до завершения конституционной процедуры.
11 сентября пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков назвал возможную отмену запрета серьёзным шагом к эскалации. По его словам, если на территории Литвы будет размещено ядерное оружие, ориентированное против России, сама страна окажется в контуре российского ядерного планирования.
При этом конкретные военные меры, которые Москва могла бы предпринять в таком случае, официально не назывались.
Именно здесь важно отделять уже состоявшиеся решения от возможных последствий. Сейчас Россия реагирует на изменение правовой базы и политические заявления Вильнюса, а не на фактическое размещение ядерных вооружений.
Что может измениться в военном планировании
Если Литва в будущем действительно станет площадкой для какого-либо элемента ядерной инфраструктуры НАТО, её значение в региональном военном планировании неизбежно возрастёт.
Это может затронуть разведку, воздушное наблюдение, системы ПВО и ПРО, мониторинг аэродромов и транспортной инфраструктуры. Однако конкретная конфигурация будет зависеть от того, какой именно формат выберут союзники, если до такого решения вообще дойдёт.
Само понятие «участие в ядерном сдерживании» значительно шире хранения боеприпасов. Страна может участвовать в консультациях, учениях, обеспечении операций и развитии инфраструктуры, не становясь местом постоянного размещения ядерного оружия. НАТО прямо указывает, что распределение ядерных обязанностей включает разные формы участия союзников.
Поэтому нынешняя дискуссия в Литве пока скорее о свободе политического манёвра, чем о готовом плане развёртывания.
Что меняется для Балтийского региона
Балтийское направление в последние годы и без того приобретает всё большее значение для НАТО. После вступления Финляндии и Швеции в альянс военная конфигурация региона стала значительно более связанной, а страны Балтии одновременно усиливают ПВО, аэродромную инфраструктуру и возможности приёма союзных сил.
Если Литва уберёт конституционный запрет, к этим процессам добавится ещё одна потенциальная составляющая. Впервые Вильнюс юридически оставит открытой возможность участия в таких форматах ядерного сдерживания НАТО, которые сегодня Основной закон исключает.
Для литовских властей логика этого шага заключается в расширении доступных инструментов коллективной обороны. Сторонники поправки считают, что страна не должна иметь больше ограничений, чем другие союзники, особенно на фоне изменившейся ситуации в области безопасности.
Россия оценивает тот же процесс иначе, рассматривая потенциальное расширение ядерной инфраструктуры НАТО у своих границ как фактор эскалации.
Именно это расхождение и определяет нынешний спор. Для одной стороны отмена статьи 137 означает устранение ограничения и возможность в будущем усилить сдерживание. Для другой она означает появление ещё одного потенциального элемента ядерной инфраструктуры НАТО в непосредственной близости от российских границ.
При этом главный факт пока остаётся неизменным: Литва не принимала решения о размещении у себя ядерного оружия. Сейчас речь идёт о пересмотре Конституции и снятии юридического запрета. Реальное изменение военной конфигурации региона начнётся только в том случае, если за этим последуют конкретные договорённости с союзниками о форме участия Литвы в ядерной политике НАТО.