На позициях беспилотных расчетов 19-го танкового полка 25-й общевойсковой армии в лесном массиве за Красным Лиманом горячая пора. Идет подготовка очередного беспилотника к боевому вылету. Это многоцелевой беспилотник «Утка-2». Визуально похож на «Молнию» и по некоторым параметрам имеет схожие характеристики, но отличается большей маневренностью и грузоподъёмностью.

Фото Линат Шайнуров

Считанные минуты и подготовленная заранее катапульта буквально выстреливает дрон, который только после удаления на значительное расстояние, начинает набор высоты.

— В момент схода с катапульты дрон набирает скорость, превышающую минимальную взлётную, — поясняет один из техников. — Ключевой момент — синхронизация. Отделение должно произойти точно в тот момент, когда стартовая тележка достигнет расчётной скорости, чтобы не нарушить траекторию полета.

Сегодня цель – укрытие расчета наземных роботизированных комплексов ВСУ, которые осуществляет доставку боекомплекта и провизии в опорные пункты боевиков.

— На этом направлении противник задействует тяжёлые наземные роботы  повышенной грузоподъёмности, – отмечает старший оператор с позывным «Колос». – Поэтому на грунте остаются четкие следы от гусениц, которые отлично видны с воздуха пилотам наших разведывательных «птиц».

Беседуя с нами, «Колос» неотрывно держит руки на пульте, время от времени подруливая стиками (рычажками управления). На предложение продолжить разговор после выполнения задачи уверил, что мы ему нисколько не мешаем. Сразу стало ясно – перед нами настоящий профи.

— Уничтожать уже задействованные в логистике роботизированные платформы можно и нужно, но все же лучше выбивать именно их расчеты, — подчёркивает дроновод, поправляя FPV-очки. — На данном этапе они размещаются в  укрытиях блиндажного типа в лесополосах, рядом с которыми устроены своеобразные мини-капониры, где маскируются несколько роботов. Эта своеобразные хабы, куда их группы подвоза свозят боекомплект, снаряжение и продовольствие.

Фото Линат Шайнуров

Там боевики распределяют груз по платформам и по запросу командиров подразделений на передовой запускают их в обговоренную заранее точку встречи. Все попытки осуществлять логистику опорных пунктов малотоннажным автомобильным транспортом и пешими группами раз за разом терпели полное фиаско – наши «птичники» на этом направлении господствуют в малом небе практически безраздельно. 

— Надо отдать должное упорству противника, – отмечает старший оператор. – В больших количествах теряя расчеты и технику, вэсэушники проводят модернизацию наземных «роботов» и совершенствуют тактику их применения.

Так, для создания более устойчивого канала связи ВСУ применяют ретрансляторы (в том числе воздушного базирования), устанавливают на платформы помехоустойчивую аппаратуру связи. Там, где сильное радиоэлектронное противодействие, боевики оснащают роботов оптоволоконными кабелями. 

— Сейчас они не применяют «роботов» отдельно,  а стараются интегрировать  с другими средствами поддержки, — рассказывает «Колос». —  Расчеты наземных роботов корректируются с воздуха беспилотными летательными аппаратами, которые могут вызвать им на подмогу ударные «птицы» или обеспечить огневой поддержкой артиллерии. Солидно, не правда ли? Но между нами говоря – это им не сильно помогает.

Тем временем «Утка-2» залетает в заданный квадрат, оператор начинает заходить на цель. За буйной растительностью блиндаж противника практически не виден, помогает зависший над лесополосой разведывательный беспилотник – транслирующий изображение на монитор второму оператору, который подсказывает «Колосу» как скорректировать маршрут.

Разгон – несколько секунд и удар, и на встроенных в FPV-очках экранах пошел снег. Средства объективного контроля подтверждают поражение – над верхушками деревьев подымается густой, плотный черный дым. Проходит еще немного времени и еще одна вспышка на мониторе – сдетонировал боекомплект, который вэсэушники готовились разместить на роботизированную платформу.

— На практике удары «Уткой» осуществляет на скорости 150 километров в час – это при финальном заходе на цель, — делится, снимая очки дроновод. — Обычная крейсерская скорость составляет 100 километров в час. Объект поражения  виден одну-две секунды. В наведении используем данные  полученные от коллег с разведывательной «птицы». На ней установлена камера более высокого качества, чем на наших камикадзе – все-таки это «расходники». 

Фото Линат Шайнуров

По словам «Колоса», на более ранних моделях дронов самолетного типа, прежде чем зайти на цель приходилось делать два-три круга над заданным районом, и даже в этом случае приходилось полагаться не столько на изображение сколько на полученные ранее ориентиры

— Для атаки нужно было выбирать достаточно габаритные цели, такие как здания, большие блиндажи в системе опорного пункта, технику в капонирах,  – говорит «Колос». – Благодаря дронам, у которых отличная управляемость сочетается с точностью наведения — уже давно забыли о былых трудностях, а повышенная маневренность позволяет вовремя уклоняться от вражеских дронов-перехватчиков. Словом, в опытных руках, эта «птица» грозное оружие.

— Силами расчетов беспилотников мы дезорганизовали логистику врага в нашей зоне ответственности, — рассказывает начальник службы беспилотных систем 19-го танкового полка с позывным «Буржуй». – Сейчас уже приходят цели на различном удалении от Красного Лимана. Близлежащие опорные пункты практически оставлены без снабжения, а ротации личного состава ВСУ оперативно срываются – боевики плотно заперты на оставшихся позициях. Вычисляем укрытия расчетов наземных роботов, сбиваем тяжелые дроны, которые также задействованы в логистике, и, наконец, «прореживаем» полевые укрепления — подрывая дзоты и блиндажи.

Фото Линат Шайнуров

Начальник службы беспилотных систем полка, добавил, что командованием группировки войск «Запад» поставлена задача оттеснить подразделения ВСУ как можно дальше – в «Залиманье». Не дать, им закрепиться на новых рубежах, где они пытаются опять зарыться в землю, оборудуя системы укрепрайонов и опорных пунктов.