Здесь нет очередей из автомобилей, ограничений 20 литров «в одни руки», а также запретов на заправку в канистры. Нет ни вывесок, ни указателей. Попытаться найти армейскую заправку в поле — это значит долго смотреть вокруг, но в результате так ничего и не увидеть. Корреспондент «МК» узнал, кто и как заправляет на передовой военную технику в группировке «Восток».
Фото: Игорь Швыткин
В условиях войны дронов любая военная автозаправочная маскируется и охраняется по всем правилам защиты режимного объекта. Топливо у военных — ресурс стратегического назначения. От полных баков военной техники зависит подвижность всей линии фронта.
Насколько я смог убедиться, с запасами топлива у «горючников» «восточных» сейчас все в порядке, без изменений или потрясений. Как им это удается?
Сержант с позывным «Акша» служит в роте горюче-смазочных материалов (ГСМ). На фронте уже четыре года. Говорит, что сейчас, помимо заправки бронетехники, они все чаще работают с «малыми колесами», то есть с мотоциклетной техникой.
Признается, что пополнять их баки затруднительнее – «броню» проще. Танку воткнул рукав и залил нужный объем в течение нескольких минут. «Мотиков» же много, ну, и, соответственно, «порций» нужно разливать больше, да и куда чаще. А это всегда время и нервы.
«Акша» рассказывает, что, обычно, на боевую задачу выдвигается со своим напарником – стрелком. Тот должен прикрывать груз как во время передвижения, просматривая «воздух», так и в момент дозаправки техники.
Чаще всего такая процедура происходит где-нибудь в лесополосе, на удалении не ближе чем сорок километров от линии фронта. Риск большой. Если в цистерну прилетит дрон, то мало никому не покажется. Отбежать же быстро от автоцистерны на относительно безопасное расстояние практически нереально.
В такие мгновения вся надежда на средства радиоэлектронной борьбы, а также на товарища-стрелка, который услышит крылатый боезаряд и откроет по нему огонь.
Водитель-заправщик подвоза автомобильной роты горючего с позывным «Гурман» в зоне СВО с самого начала. Вспоминает эпизод, когда по его машине противник начал стрелять из ствольной артиллерии. Но это не помешало заправить бронемашину. За тот героический эпизод «Гурман» награжден орденом Мужества.
Спрашиваю, сколько времени уходит на заправку танка. Говорит, что минут десять.
Начальник службы ГСМ гвардейского забайкальского соединения «восточных», с позывным «Паштет» показал мне работу пункта приема-выдачи топлива мотострелкового полка. Маскировка в приоритете — вот будка, скрытая маскировочной сетью с двумя закрепленными вентилями. Оказывается, это место для слива топлива в основное подземное хранилище. Один вентиль — для перелива бензина, другой — для солярки.
Фото: Игорь Швыткин
Заглубленные запасы топлива хранятся в так называемых еврокубах, расположенных на определенном удалении от точки выдачи. Сделано это, понятно, в целях дополнительной безопасности. Ради минимизации риска детонации или пожара в случае поражения верхнего пункта выдачи горючего.
Спускаемся в основное подземное хранилище. Здесь размещается пост дежурного, который ведет учет поступающего топлива и смазок. Здесь же мониторы, передающие изображение с уличных камер видеонаблюдения.
За маскировочной сетью огромные резервуары с топливом. Здесь же стеллажи с различными емкостями горюче-смазочных материалов. Объемы подземного склада впечатляют.
Фото: Игорь Швыткин
Как рассказал капитан: «Главное: маскировка и минимум передвижений в радиусе нескольких километров!» По его словам, заблаговременно выставляются дополнительные посты воздушного наблюдения.
Словом, в расположении тыловых армейских автозаправок никаких ограничений не вводилось. У военных в наши дни высокий спрос на горючее прослеживается исключительно в боевой обстановке: наступление российских войск продолжается.