В Запорожской области мобильные огневые группы мотострелков 58-й гвардейской общевойсковой армии группировки «Днепр» ежедневно уничтожают десятки ударных дронов противника. Однако враг не останавливается. С начала лета интенсивность и массовость воздушных налетов ВСУ возросла. Для защиты позиций от атак беспилотников ВСУ наши военные применяют комплексный подход в обороне. В этом убедился корреспондент «МК».

Фото: Руслан Сергеев

Запорожская степь, полдень. Стрекотание сверчков и пение птиц прерывает нарастающий вдали гул мотора. С запада летит «птица» совсем другого полета. Размах крыльев – больше двух метров, под брюхом – 4-килограммовая боевая часть. Такая легко может развить скорость до сотни километров в час, да и летит далеко.

— «Лис», принимай гостей на два часа, — доносится голос из радиостанции, закрепленной на «броне» пулеметчика.

— Кто там к нам пожаловал? — неохотно отрывая руку от приклада, отвечает боец.

— Да «марсианин» одинокий.

— Заблудился, залетный?

— Непохоже. Эти целенаправленно, суки, летят.

Фото: Руслан Сергеев

Подобный радиообмен нередко встретишь на посту воздушного наблюдения 58-й армии. «Марсианин» в нем – конечно, не какой-то фантастический инопланетян, а вполне реальный американский ударный дрон самолетного типа «Хорнет». Вообще, такое прозвище от наших военных получили все вэсэушные «крылья», имеющие схожие характеристики в бортовой электронике и системе наведения на основе искусственного интеллекта. Обычно такие беспилотники атакуют стаями в ночное время, но этот появился днем, видимо, пытаясь провести разведку боем. Вот его силуэт уже четко вырисовывается в небе.

— Работаем!

Всего пара секунд, и воздух сотрясают пулеметные выстрелы. Патронов стоящий за турелью «Лис» не жалеет – в запасе еще не одна снаряженная лента к ПКМ. Конечно, со стороны оценить точность стрельбы при свете солнца тяжело, это вам не трассера в ночном небе, но пулеметчик уверено жмет на спусковой крючок, отправляя одну короткую очередь за другой. В какой-то момент вражеское «крыло» заваливается и уходит в сторону из зоны видимости. Достали.

— Подбил «марсианина»? — спрашиваю у «Лиса», задумчиво смотрящего на перегретый после интенсивной стрельбы ствол пулемета.

— Может, зацепили, не знаю, разрыва не было видно, главное – отогнали.

Фото: Руслан Сергеев

«Лис» – опытный стрелок, на СВО воюет уже не первый год. Из своего ПКМ днем предпочитает вести огнь, используя штатный механический прицел. Говорит, так ему проще работать, да и пристрелялся. Другое дело ночью. Тут в дело идет оптика с «теплаком» – тепловизионным прицелом.

— При обнаружении «птицы» подаются сигналы и команда «к бою». Мне задается определенное направление, откуда летит «птица». Вот по нему выставляюсь, готовлюсь. При обнаружении её в моей зоне видимости начинаю отрабатывать. — объясняет науку «Лис».

— А что нужно учитывать для поражения такой «птицы» на лету?

— Учитываю скорость, дальность и высоту. Я бы так сказал, три главных фактора для успешной работы. Сложнее всего вычислить приблизительную скорость полета – это главный показатель. Это, конечно, тяжело всё определить на глаз. Но с опытом уже, когда неоднократно работал по дронам, а противник нам отдыхать не дает, можно уже и визуально. Да и дрон-детекторы помогают, по ним, зная расстояние, можно вычислить скорость.

Разумеется, «Лис» работает не один. Здесь же, на посту, дежурят и парни с «Ёлками» – это такие дроны-перехватчики, не имеющие никакого отношения к Новому году. Их главная особенность — компактность, скорость и экономичность. Вместо дорогих ракет дрон поражает цели кинетическим ударом, просто врезаясь во вражеский беспилотник.

Особое внимание обращается на расположение и маскировку огневых точек относительно друг друга. На наиболее опасных участках они развернуты в боевой порядок, состоящий из нескольких линий обороны.

С целью уничтожения дронов противника, в особенности его барражирующих боеприпасов, в каждом мотострелковом полку объединения созданы мобильные огневые группы (МОГ). Они вооружены автоматическим оружием, карабинами и охотничьими ружьями с оптическими прицелами и приборами ночного видения.

Фото: Руслан Сергеев

— У нас подход к противодействию вражеским дронам в полку комплексный. Выстраиваем эшелонированную оборону, — объясняет командир МОГ с позывным «Енисей». — Есть стационарные посты, где дежурят ребята. Там, как правило, пулеметные установки, комплексы радиоэлектронной борьбы (РЭБ), те же дроны «Ёлка». Есть войсковое ПВО, которое прикрывает самые важные объекты. Они все работают, скажем так, на дальних подступах. Мы же — такое ПВО «ближней руки», прикрываем тылы и являемся своего рода резервом. Наш главный плюс – в мобильности. Мы готовы в любой момент выдвинуться на машинах в место, где противник осуществляет массовый налет, и остановить его. 

Для повышения эффективности поражения беспилотников МОГи размещаются в кузовах автомобилей. Большинство из них оборудованы средствами РЭБ и спаренными установками для стрельбы. Кроме того, для борьбы с разведывательными дронами самолетного типа огневые группы комплектуются FPV-дронами, используемыми в качестве перехватчиков. Такая всесторонняя противодроновая защита гарантирует отражение любой беспилотной атаки.

— От нас еще ни один дрон ВСУ не уходил, попавший в зону видимости. — заверяет командир мобильной огневой группы. — Как появляется то же «крыло» типа «Лютого» – запускаем FPV, подойдет поближе на километр – накроем огнем пулеметов и стрелкового оружия, ну, а если прорвется и снизится для удара – в дело пойдут ружья и карабины. В отличие от тех же FPV-дронов, их большие «птицы» не особо маневренны на малой высоте. Так что собьем в любом случае.