Во время встречи президента с участниками СВО 12 июня в Кремле обсуждалось положение на линии боевого соприкосновения и с обеспечение войск всем необходимым. Но не только. Владимир Путин уделил большое время разъяснению позиции Запада, которую он занял по отношению к конфликту на Украине. Некоторые замечания Верховного главнокомандующего стоят детального разбора.
Скриншот: Кремль. Новости
О чем же президент посчитал нужным сказать участникам боевых действий? Во-первых, о том, что Россия практически одна противостоит блоку НАТО. При этом цель западной коалиции – «довести, как они думают, до их победного конца войну, развязанную в отношении России». В этой связи он напомнил о двуличной политике ведущих стран НАТО во время эпопеи с Минскими соглашениями.
Путин с солдатской прямотой высказался в отношении намерения Запада быстро добиться стратегического поражения России. «Ничего подобного им не удалось добиться и не удастся никогда», – заявил президент.
По его словам, надо не просто отвечать на те вызовы, которые Запад формулирует перед нами, а «быть на шаг впереди, совершенствовать наши военные возможности, развивать их и укреплять».
Президент прав: страны НАТО в последние месяцы ведут себя очень агрессивно и безрассудно. В их кругах господствует идея о том, что позиции Зеленского стали значительно сильнее, чем в недавнем прошлом. Они открыто заявляют, что для военной поддержки Киева делают все возможное, что ниже порога открытой войны с Россией. 14 июня, например, премьер Британии Стармер сообщил о задержании танкера так называемого теневого флота России.
Получается, что нынешнее противостояние с нами перестает быть для них чисто военным и превращается в затяжную гибридную войну на истощение всех ресурсов. И они раз за разом испытывают наше терпение. Долго ли нам терпеть, сохраняя позиционный подход к ведению боевых действий?..
В четвертом веке до нашей эры древнегреческий философ Евбуклид из Милета сформулировал так называемый «парадокс кучи». Сущность его состоит в сложности определения момента начала образования кучи из зерен или других сыпучих предметов: если уж образовалась куча, надо переходить к качественно иному виду действий, препятствующих росту этой кучи…
Мы убедились, что противник причиняет нам много вреда. Добавим ко всему этому условия «европейско-зеленского» ультиматума России, из пяти пунктов. В их числе, например, немедленное прекращение огня; остановка боевых действий по нынешней линии боевого соприкосновения; право Украины вступить в НАТО; заморозка конфискованных российских активов до «компенсации убытков».
Украина намерена добиться значительного усиления военной поддержки на предстоящей встрече контактной группы в формате «Рамштайн», запланированной на 18 июня. Киев рассчитывает запросить у союзников $20 млрд для расширения возможностей своей армии, включая закупку высокоточного оружия и средств радиоэлектронной борьбы. Финансовые средства планируется направить не только на импорт западной техники, но и на развитие украинских военных предприятий.
Не слишком ли большая куча гадостей, направленных против нас, и все ли мы делаем для того, чтобы нам гадить перестали?
Вот недавно замминистра иностранных дел Михаил Галузин принял послов Германии, Франции и Британии по их просьбе. Изложил им объективные оценки деструктивной политики руководства их стран применительно к украинскому кризису, которая направлена на максимальное стимулирование киевского режима к продолжению войны против России от имени, за счет и при прямой помощи западной «коалиции желающих».
Но это – дипломатия. Слова и переговоры. Понимает ли нас объединенный противник? Пока нет признаков, указывающих на это. Он рассчитывает на то, что у нас не хватит сил и средств для длительного противостояния, что ему удастся затерроризировать наше население, что мы не изменим прежней стратегии ведения боевых действий – без крупных прорывов…
У Запада больше экономических и производственных возможностей наращивать военные поставки. А вдруг в какой-то момент мы не сможем оказывать достаточное сопротивление им обычным, неядерным оружием?..
Потому-то многие военные аналитики говорят о том, что пора уже ударить в правильное место тактическим ядерным боеприпасом. Напомним, что такое оружие предназначено для поражения различных целей на поле боя в тактической и оперативной глубине расположения противника, на расстоянии до 500 км, без масштабных разрушений и загрязнения территории радиацией. Мощность его может быть от килотонны до 50 килотонн в тротиловом эквиваленте. Между тем ударная волна от подрыва боеголовки мощностью всего-навсего 0,4 кт может оставить зону полных разрушений в радиусе до 200 м. Людям на расстоянии до 250 м от эпицентра грозят смертельные ожоги, а до 700 м — смертельная доза радиации. Ядерный же взрыв в 20 кт полностью уничтожит наземные объекты в радиусе примерно 1 км от эпицентра.
Кстати, в военной доктрине СССР тактическое ядерное оружие занимало важное место как средство быстрого развития успеха наступательных операций и препятствования наступлению противника. Подобный удар мог бы стать началом довольно быстрого завершения военных действий.
Очень не хотелось бы доводить дело до такой крайности. Но коллективный Запад пока этого не боится: он считает, что русские не решатся на такое. Мол, они несколько лет ведут позиционные бои, будучи не в состоянии преодолеть сопротивление Украины. То есть наш гуманный подход они воспринимают как слабость.
Альтернатива есть. Например, быстрое наступление на десятки километров по выбранным направлениям, чтобы освободить оккупированные киевским режимом наши новые территории. Это могло бы доказать, что у нас есть и силы, и решимость восстановить справедливость.
Вернее всего, после такого «холодного душа» не потребуется прибегать к последнему средству воздействия на зарвавшихся натовцев – к термоядерному удару. Сейчас они потеряли страх. А после нашего наступления он к ним вернется.
Как сказал на встрече Верховный главнокомандующий: «Во все времена штурмовые подразделения ставили точку в любом сражении и в завершении любого военного конфликта. Потому что именно пехота, именно штурмовики в конечном счете фиксируют решение боевой задачи».